четверг, 24 ноября 2011 г.

В гостях сижу -- вижу телевизор -- плоский, большой, показывает кино. Я не знаю как называется все это новомодное изображение, но выглядит оно плохо. Как снятые на видео фильмы девяностых годов.

Если комфорт иногда --- то вштыривает неплохо.

У меня теперь есть шелковая пижама. В комплекте с электропростыней и электронной книгой -- развращает. Вообще нет никаких стимулов для того, чтобы вылезать из постели. Если например поставить рядом вазу с яблоками, то подниматься придется только для того, чтобы быстренько добежать до туалета, ну и покурить. А то и курить бросить, потому как лень ходить в магазин за сигаретами. Но с другой стороны -- яблоки же все равно придется покупать, так заодно и. Можно конечно еще завести себе ночной горшок. Но это уже слишком.

Я так понимаю уже пришло время писать про новый год?

Повторяю, я в гостях. Хозяева меня отмыли, накормили, напоили, предоставили стиральную машину, безлимитный интернет, отдельную комнату и отвезут домой в автомобиле. А в промежутках говорят -- срочно женись, покупай дом, оседай в крыму,срочно женись, покупай дом, оседай в крыму,срочно женись, покупай дом, оседай в крыму,срочно женись, покупай дом, оседай в крыму,срочно женись, покупай дом, оседай в крыму. Мы будем помогать тебе советами. Такие милые люди. Пойду нахуй женюсь убьюсь. Они, кстати, действительно неплохие. Может, просто попросить их чтобы удочерили меня?

среда, 23 ноября 2011 г.

время печали

Почему это случилось со мной? Вопрос бессмысленный, ни почему, просто случилось. Да и не со мной, что я, так, действующее лицо, даже не главный персонаж. Шла по обочине, а шарахнуло нормально, хоть и в другого целили. В другого попало, меня задело и вышвырнуло вон. И вроде думать сейчас о себе как-то мелко, на фоне события, а с другой стороны как-то надо опять жить, да и та, другая линия жизни, в которой я ведущий актер, она тоже требует. А меня нет почти -- распылило и только нескончаемая головная боль еще притягивает частицы. Кто бы мог подумать, однако, что именно головная боль будет напоминать мне что я -- это все еще я. Так хотелось от нее избавиться, да и получилось почти, но до поры до времени, как выясняется. Трудно вместить в себя даже часть происходящего, а надо вместить все. Когда я смотрю на это сверху, вижу кино, скупое, где человек совершает какие-то действия и говорит какие-то слова, совершенно не имеющие отношения к тому, что происходит у него в душе. Ну, почти не имеющие. Но мне, как зрителю, полагается догадаться, что все не так просто, как выглядит.Что за всем этим бытовым копошением, что-то такое стоит, невыразимое. Что-то очень сильно дешевеющее, стоит попробовать сказать об этом прямым текстом. Или даже как-то намекнуть. Вот такие вот художественные рамки и крутись как хочешь. Крутиться, понятно, не надо. Вообще можно на какое-то время замереть. И, с грустью приходится признать, что это "какое-то время" может продлиться долго. Опыт подсказывает -- лет на десять такой заморозки хватает. Это жаль конечно, но, может,в этот раз удастся что-то изменить? Может, и удастся, но для этого надо вытащить из себя и этот страх, и эту к себе жалость, и этот вопрос, с которого все началось, и это желание, с которым я уже однажды долго жила -- только пусть ничего не происходит, только пусть ничего не происходит. Да и вообще, в этой истории слишком много Я. Хотя оно здесь выглядит неуместно. Потому что история не про меня. И значит себя тоже надо вытащить.

Про меня другая и сама-то по себе запутанная, но там я хоть что-то могу сделать. Ну, хотя бы не чувствовать себя лишней.

Думаю, я сейчас плохо справляюсь, хотя и прикладываю старание. Но тут ведь не в старании или исполнительности дело. В другом. Равновесие нарушено, и сейчас я с трудом сохраняю баланс, тратя на это много сил. Чем больше сил, тем меньше толку. И очень трудно избавиться от судорог, но надо, иначе так и останусь копошиться в этой заморозке, как в плохом авторском кино. Ну то есть я ничего не имею против авторского, если ему, автору, есть что предъявить, кроме невнятного мычания. А мне вот пока нечего.


*Есличо, это не требует утешения и поддержки. Это вообще не про то.

понедельник, 21 ноября 2011 г.

быт



Это если кто сомневался, что я старуха Шапокляк. Ну не сейчас еще старуха, но двигаюсь в выбранном направлении.

Здесь случилась весна -- тепло и пахнет жизнью. Я изменяю интернету с электронной книгой, в интернет надо ходить в соседний дом, тут нет никого, холодно,но интернету хоть залейся, а книга всегда под рукой и закачано туда уже на год вперед. Быков прочитан, хороший Быков, но жути под конец нагнал, мне идеологически чуждой. Теперь Мураками последний. Молодец Мураками, наш человек. Без жути, так, кошмарит по чуть-чуть. Хозяйство забросила, это бы ничего, если одной жить, но Наташка расслабиться не дает. Сегодня я не смогла предоставить ему завтрак, за что была вознаграждена спектаклем "Умирающий котик". Там было все -- и пронзительный взгляд, и демонстративное вылизыванье пустой миски, и тоскливые песни, и тревожные метания, только что дохлым не притворялся. Между тем, он уже поперек себя шире и разгрузочный день повредить ему не может. Но в магазин пришлось сходить. Диета вразумила животное -- однопроцентный кефир пошел на отличненько, с чавканьем. На десерт корму дала, так он вообще затрясся. С кормом конечно подстава. Вроде удобно -- дешево и без геморроя, насыпал сухариков и все. Но, чувствую, развращает это питание котиков, какие-то они становятся сами не свои от него. Как дети от синтетического грызла -- конфеток-сухариков. Дуреют.

Я рисую, как осатанелая, скоро надо ехать в Москву. Нельзя же откладывать до бесконечности, да и деньги кажется заканчиваются. Я туда не смотрю, но на ощупь, пачечка как-то подозрительно истончилась. Надо пополнять. Кстати, если кто чего хотел, напомните, а то буду я на большой земле недолго, так чтобы все успеть и никого не обидеть. А неохота ехать -- тут тихо, весна опять же, а там все по взрослому. Все больше утверждаюсь в своем эскапизме, только вот не уверена на счет мира иллюзий. Какие ж тут иллюзии -- вот горы, вот котик Наташка, вот колодец, с крыльца море видно. Википедия пишет, что, мол, "человек перестаёт проявлять интерес к известным ему и принятым в обществе ценностям, предпочитая мир своих грёз". Но, извините, принятые в обществе ценности я в гробу видала и в белых тапках, не подходят они мне. И, более того, они-то как раз и являются вполне себе иллюзорными. В общем, если крысиной возне придать статус общепринятых ценностей, то как называть отрицание этой возни -- неважно. Эскапизм, так эскапизм, грезы так грезы.

К зиме местные жители чрезвычайно добреют, что хорошо видно на примере водителей маршруток. Нет более свирепых и хамских граждан летом, а сейчас ласковые, как папа родной. На вопросы отвечают любезно, недавно фотографировала расписание, висящее в кабине, так он чуть ли не предложил переписать мне его от руки. В смысле он для меня перепишет. Еле отбилась. Удивлена, но не слишком. Просто тут никто никак не может привыкнуть к летнему наплыву людей. От людей дуреют, как Наташка от сухого корма, свирипеют. Потом же приходят в себя и оказываются неплохими, в общем людьми.

Ездила недавно с Катей и ее детьми в баню. Баня меня подкосила, даже странно. Вроде чистая такая, гладкая, стала, пятки отскребла, ногти отчистила (ненадолго, ногти в деревне долго чистыми не бывают. У меня по крайней мере), но тем не менее. Все заболело, спала отвратительно и вообще пару дней состояние было мерзейшее. Интересно, почему так. И что делать, баня-то мне в принципе по нраву, там тепло и много воды. И, поскольку принять ванну в крыму практически невозможно, баня -- единственная возможность отмыться до скрипа. Душ и поливание себя из ковшика такого эффекта не дают, вроде и чистый, а не то. Засада.

Ладно, пойду к котикам, не скучайте.

вторник, 15 ноября 2011 г.

Цигель-цигель. Ай лю-лю.




там еще -- http://4ortovakykla.livejournal.com/277514.html

Я тут фотографии ленюсь выкладывать, как-то оно долго очень получается. В жж можно смотреть если кому интересно.

понедельник, 14 ноября 2011 г.

отрывочное

Я шла по центральной улице Щебетовки -- по сторонам особнячки пятидесятых годов, деревья. Ни одного человека. Шла я на запад, лицом к заходящему за горы солнцу. И вдруг солнце посмотрело прямо на меня, оно было уже тусклое и глядеть на него можно было почти без слез. Солнце смотрело на меня, я смотрела на солнце. Думаю, если знать как себя повести в такой ситуации, можно немедленно просветлиться и раствориться в окружающей среде, только тебя и видели. Но я еще не знаю, поэтому я совсем ненадолго стала законной частью всего -- гор, пустынной улицы, холодного, пахнущего айвой воздуха, закатного солнца. Было круто. Какая-то ни к чему не привязанная радость -- короткая и необычная.Что-то вроде ощущения своего соответствия выбранному пути, ну типа ты именно там, где и надо, совпадаешь.

Разломала цветную капусту (продавец сказал -- сматры какая красывая капуста, как ты прямо. я восприняла этот комплимент равнодушно -- капуста так капуста, а тетенька в очереди хихикнула. тогда, подумав, с запозданием хихикнула и я, действительно, смешно же), на много маленьких атомных грибков и варю. Поварю немного и дотушу в сметане. Полезное диетическое блюдо. А вот кот Наташка недоволен моим рационом -- от кефира воротит поцарапанную харю, смотрит на меня с подозрением, вероятно думает, что запершись в доме я жру баранину, хамсу и сухой кошачий корм, тщательно вылизывая тарелки. А ему не предлагаю. А он бы не прочь. Зажрался, раньше кислое молоко жрал и аж давился, а теперь вон чего, вкусил сладкой жизни и возомнил, что так должно быть всегда. Нельзя конечно его за это винить -- он же просто кот, люди в таких ситуациях ведут себя так же, а у них вроде соображалка должна быть лучше развита. А хорошо бы прикрепить ко всем по стикеру -- все не навсегда -- и чтобы они постоянно перечитывали эти мудрые слова.Ну Наташка, положим, малограмотный, но люди-то могли бы.

Надо бы все как-то закруглить, но лень что-то. Пусть отрывочное будет.

воскресенье, 13 ноября 2011 г.

быт

Сегодня случилась весна -- такой мартовский день - сыро, небо проясняется, сиротливые островки снега торопятся скорей уйти под землю, трава зеленеет, теплый ветер. Утро получилось таким, как мне с детства нравится -- просыпаешься в тишине, какое-то время просто так валяешься, потом достаешь из под кровати книгу. Ученик чародея -- весьма занимательное чтение, Быкова-писателя я люблю. Потом чайку сделаешь и дальше читать. электропростыня -- супер вещь конечно. Сразу становится понятно, отчего Емеля был такой сибарит. С теплого лишний раз вставать не хочется. И вот я читала-читала, пока не заснула опять. Проснулась уже очень поздно по деревенским меркам -- в пол первого. С этим новым временем года, вечер ощущается уж в три дня, а пять -- вполне себе ночь. В деревне это имеет больше значения, чем в городе, конечно. Пока светло -- надо многое успеть. Посуду, например помыть, воды натаскать из колодца, дом убрать. Круто звучит, да? И еще я все время напеваю -- "матушка возьмет ведро, молча принесет воды". Не сознательно, а так -- в голове крутится. Кот Наташка ходит за мной по пятам -- недавно я имела неосторожность купить ему сухого корма. В сухой корм, как известно, подсыпают озверин, вот Наташку и проняло. Наташка -- это бывший Паритет, позже переименованный в Голоден, в последствии оказавшийся Наташкой. Типа думали кошка, а потом смотрят -- кот. Но имя осталось. Мылась еще. В дУше изо рта пар идет, совершая там водные процедуры, я представляю себе, что учусь в английской закрытой школе для девочек. В 19 веке. И все становится на свои места сразу. Вообще, английское воспитание мне всегда нравилось -- детей мало кормить, держать в холоде, и подальше от взрослых. А при встрече с родителями они испытывают священный трепет. И ведь действует -- скольких замечательных людей подарила нам Англия. Вудхауз например, или Хью Лори, или Джейн Остин. И вообще -- без холода нет красоты. Хризантемы тому примером -- заношу их в тепло -- чахнут, на улице -- чувствуют себя прекрасно и выглядят тоже -- тугие и свежие.

Ходила за яблоками, отличные в этом году яблоки, но рынок в честь воскресенья не работает. Дома сварила из остатков деньрожденьевского каберне глинтвейну, как в муми доле -- они там тоже всю зиму горячий сок пили, кто не спал. И скрестила северное со средиземноморским -- помидоры, оливковое масло, свежая зелень, фета. Хорошо сочетается. Думала про людей, шатающихся без цели. Ну типа -- гуляю, я один гуляю, что дальше делать я не знаю. Способность к бесцельным шатаниям -- одна из наиболее мной ценимых. Я и сама такая. Но это ведь круто очень -- делать что-то, не имеющее ни малейшего практического смысла. Да еще например, в ноябре, когда все располагает к валянию на диване под одеялом с книгой. Как-то плавно вернулась к началу. Наверное пора закругляться, что ли.


А да, Ефремова еще слушаю -- лезвие бритвы. С детства прониклась уважением к его обширной эрудиции. И хотя он очень упирает на женский идеал красоты и местами зануден, все равно молодец. Оказалось, я его впитала нормально так. Иной раз шпарю прям по тексту. Типа -- красота это высшая целесообразность и так далее.

суббота, 12 ноября 2011 г.

пока, дружище

Снег пошел и наступило безвременье. Стерлись краски, острые углы, все неказистое вдруг благородно вылиняло, серость, отчерченная по контуру белыми линиями, вот нынешняя реальность. Снег стирает память, сказали мне. Снег стирает многое -- краски, звуки,время, мысли, суету и вот еще -- память. Снег делает острое бесформенным. Можно сидеть в кресле, смотреть на белую танцующую пелену, как в июне я смотрела на бабочек, только снежинок больше, а хлопья будут тихо заметать меня. Сначала отдельными белыми точками, потом скопятся ручейками в складках одежды, начнут разрастаться, соединяться друг с другом, просветы постепенно сотрутся и ровный слой снега покроет меня -- очертит белым и, может, облагородит.

Мой друг умер, а это значит -- умер кусок меня, оборвалось живое, много-много проводков торчит в пустоту --- нет соединения, сигналы уходят в пустоту, в холодный воздух, в мерзлую землю. Но незачем писать о себе, да и что сказать? Могла приехать -- не приехала, теперь уж поздно, ничего не исправить.