понедельник, 30 мая 2011 г.

Сирень всё, стоят кусты, еще неделю назад такие пышные, все в ржавых кисточках. Как быстро меняются декорации в мае. Я решила, что пока еще пусть будет май, допустим, я живу по старому стилю, а чего? Мало ли какие у людей странности? Мой каприз -- дополнительные две недели весны это еще ничего по сравнению с большинством дамских капризов. Сирень сменили Ирисы (ударение на первый слог). Совершенно декадентские цветы и хотя я к декадентству и эстетству всякому отношусь настороженно, ирисы мне нравятся чрезвычайно. Наверное потому, что они -- оригинал, не расцвеченная жеманная копия, не стихи на распев, не цианистый калий в перстне, не грезёрки в экипажах и прочая смешная поебень, нет в них ни экзальтации, ни манерности. Просто очень красивые. Сейчас вот ищу в интернете как лучше держать их в вазе. Все прошлые попытки провалились -- быстро очень вянут. Если отыщется чудо-рецепт -- отправлюсь ночью на дело. Я бы и купила -- но не продают.

Видела сегодня на Биостанциии котика, вполне сносно поддерживавшего беседу. То есть набор слов и всяких интонаций-модуляций у него был побогаче, чем у многих прямоходящих. Разделили с ним мороженное, поговорили о жизни. На Биостанции вообще с котиками все отлично обстоит -- они там везде. И это только те, кто поленился спрятаться. Представляю себе сколько притаившихся котиков смотрело на меня из-за кустов.

И я так понимаю, что если кто не выскажется по поводу гей-парада, тот чмо. Высказываюсь. Мне гей-парад похуй. В общем, я не против. Я вообще практически ничего не против, так что можно меня выдвинут в президенты -- всем все разрешу сразу же. А несогласных расстреляю.

воскресенье, 29 мая 2011 г.

Пустое

Очки я купила в Феодосии на барахолке у старушки, вместе с подвеской-украшением для автомобиля в виде чрезвычайно соблазнительных форм голой резиновой куколки (впрочем, кто-то заботливо пририсовал ей стринги и лифчик синим фломастером), таких изготавливали в семидесятые годы подпольные умельцы. Куколку я брать не хотела, зачем, говорю, она мне, бабуля? В машину повесишь, отвечает, бери за гривну. Взяла, куда деваться. Потом смотрю -- очки, а мои заслуженные как раз погибли безвозвратно, у них отвалилась дужка. Без очков же на солнце я не могу. День был пасмурный, а мысли у меня коротенькие, как у Буратино. То есть, в хмурый день покупать солнечные очки у меня сообразительности не хватает, хотя я и знаю, что они мне нужны. Но померила, дурацкие вполне, похожи на очки сталевара, когда-то у меня такие были, тоже с окошечками по бокам. Но больно уж корявые, положила было обратно, а старушка быстро так говорит -- пять гривен. Приобрела, заодно откупилась от совести. Очки оказались на диво хороши, смотреть в них -- одно удовольствие, все вокруг становится, как на супер-фотографии. Такие фотографии обычно клянут за лакировку действительности, слишком нарядно, мол. Но вот же она, эта самая нарядность, я вижу ее через стекла очков и видеть ее приятно -- все спокойно так и глаза отдыхают. Это загадочная вообще-то история с совершенно однозначной, штучной красотой каждого восхода и заката, каждой лунной дорожки над морем и брезгливым отвращением к изображению этих явлений на картине ли, на фотографии ли. Я как-то думала про это и, точно помню, даже нашла какое-то объяснение, но вот какое -- забыла. Пустая моя голова.

Если уж зашла речь о фотографиях - попробовала не фотографировать окружающую действительность, а срисовывать ее в блокнот. Это интересно, во первых -- по другому смотришь, то есть зрение художника (хехе) отличается от зрения фотографа (ну извинити, как еще сказать?). На разные вещи обращаешь внимание, то же самое видишь по другому, компонуется иначе и т.д. И потом, погонный метр фотографий нынче дешев, смотрю на них и ничего такого не испытываю, а когда нахожу какие-то зарисовки с натуры из прошлой жизни, сразу все встает перед глазами, как я это рисовала, что при этом ощущала. Картинки мои гроша ломанного не стоят, ясное дело, но личную ценность какую-то имеют.

В Щебетовке есть парк, по центральной (и единственной) каштановой аллее можно дойти до бывшего фонтана. Фонтан этот детьми облюбован под Твиттер. Они на нем пишут всякое, читают и комментируют. Я там сидела-курила и все видела. Подошли мальчики, штуки три-четыре и давай обсуждать что-кому-кто и как написал, и что это значит, и приписывали каменты под некоторыми записями. Почитала тоже. Не очень интересно -- все больше сплетни и домыслы. Но, возможно, я не в теме просто.

Весна заканчивается -- жалко. Хочу еще один май.

четверг, 26 мая 2011 г.

Херсонес

Я сижу на старой стене, сложенной из светлых шероховатых камней. Камни нагреты солнцем и отдают мне свое тепло. Передо мной набросок старого города, план, выложенный такими же светлыми камнями в высокой траве и цветущих маках. Бывшие улицы, бывшие дома, бывший город. Руины доходят до обрыва и продолжаются в море. Да, думаю, город есть и под водой тоже. На самом обрыве, между двух столбов подвешен огромный, лишенный голоса колокол. Рядом с ним очередь из туристов с фотоаппаратами, все чинно ждут своей очереди. Девушки принимают соблазнительные позы, им нужно увезти с собой еще одно подтверждение своего существования, того, что они хороши собой -- у них есть ноги, попы, грудь и все это они стараются выпятить пособлазнительней. Клише соблазнительности взято из модных журналов, живым девушкам трудно конкурировать с фотошопом, но они честно стараются. Выглядит все это крайне глупо, по крайней мере на мой взгляд, но колоколу все равно, за 16 веков своего существования он видел и не такое. Мой жизненный опыт куда скромнее, но и мне тоже пофиг, я знаю, что туристы сейчас организованно пойдут фотографироваться с мраморными колоннами, а я останусь сидеть на теплой стене наедине с древним гордом и морем. И тоже украдкой щелкну своей мыльницей -- а это разве не глупо? Что я хочу зафиксировать? То, что было задолго до меня и не планирует закончиться после? Впрочем, нагло думаю я, из всех клоунов, встреченных мною здесь, я пока единственная, кто вписывается в ландшафт органично. То есть я по крайней мере не порчу вид, в отличие от этих, изгибающихся сладострастно девушек, понурых детей , упитанных тетушек в коротеньких брючках и их дрессированных мужей. Нет-нет, я тут вполне на своем месте. Херсонес действительно до такой степени мне подходит, что мысль о том, что отсюда надо будет уйти приводит в недоумение. Все тут совершенно мое и если есть на свете рай, то пусть это будет бесконечный майский день, высокая трава, алые маки, руины, море и солнце. Дождь тоже пусть будет, я пересижу его в маленькой пещерке на пляже, а как только он пройдет -- искупаюсь. И дальше пойду бродить по высокой траве, по старым стенам, под арками, я верну голос колоколу, потому что колокол не должен немотствовать.

И я спрыгиваю с невысокой стены и бреду в траве до невысокого откоса, смотрю на море, по морю плывет кораблик. На кораблике человек, видит меня и нацеливается своей камерой. Я машу ему рукой, это будет хороший кадр, человеку повезло.

Когда находишь свое место, все там случается вовремя -- тележка с мороженным, тенистая улица с выставленными мозаиками. Я ем эскимо и рассматриваю монохромные орнаменты, огромные амфоры, черного котика, что в великолепном неведеньи развалился на древней плите, на которой чьи-то умелые руки сотни лет назад выложили затейливый неяркий узор. Котик плевал на вечность, ему можно все, и на фресках валяться и на прием к английской королеве.

Ухожу я без печали, хотя, будь моя воля -- не уходила бы никогда. Если бы в Херсонесе был креативный коммерческий директор, я бы предложила ему взять меня на работу привидением. Бродить лунными ночами по полуразрушенным стенам, завернувшись в белую простыню и пугать экскурсантов. Соответственно, пришлось бы делать ночные пугательные экскурсии. Думаю, это имело бы успех, так и вижу перепуганных туристов, в чесночных ожерельях, осеняющих себя крестным знамением.

У меня, кстати, вчера ночью что-то невидимое скакало по дивану и громко гремело пружинами. Я, с интонацией профессора Выбегаллы, сказала ему -- а ну ка брысь, пошло вон, нечего мне тут. И оно затихло.

понедельник, 23 мая 2011 г.

В столице

Нахожусь с визитом в Симферополе. Хороший город -- красивые старые дома, люди, троллейбусы всякие, безлимитный интернет и безлимитная горячая вода. После полутора месяцев в деревне впечатляет. В рамках культурной программы посетила концерт Захара Мая, это, собственно, и являлось поводом для приезда сюда. Концерт удался, на него пришли очень разные люди -- и коротко стриженные крепко сбитые парнишки, и модные мальчики с девочками, а так же, на невзъебенном джипе, с каким-то подозрительным отсеком сзади (я решила, что это для трупов) подвалили какие-то солидные господа; еще я наблюдала одного любопытного гражданина, самое широкое место в его голове было челюсти, от челюстей, голова плавно сужалась к макушке. Лицо, как положено в таких случаях, для улыбок неприспособленное. Но через двадцать минут все улыбались ясно и светло, как малые дети и даже этот, со странной головой, весь разлился в умилении. Я прям не знала куда смотреть -- на Захара Борисыча, или на публику. Вот за то, что он делает людей детьми, его, наверное и любят.

Посетила так же Никитский Ботанический сад и Ялту. Вчера. В Ялте была как-то странно -- поела в столовой "Сирень" и купила в букинисте книгу Жоржа Перека "Вещи". Читала ее давно-давно, очень тогда понравилась, но потом куда-то потерялась. Теперь вот снова есть у меня. На набережную отчего-то не пошла. Не знаю почему, вообще-то Ялтинскую набережную я люблю, да и вообще город мне по душе, но захотелось уехать. Устала наверное.

В городах хорошо, но утомительно в жару. Люди мешают, а я в деревне-то расслабилась среди дерев, трав и пенья птиц. Завтра съезжу в Севастополь и всё, обратно к пейзанам, а то у меня запас просветления скоро выйдет, в толпе и суете аккумуляторы быстро садятся.

Девушка по имени Венера художественно отстригла мне волосы. Судя по тому, что никто не обращает на это внимания -- постригла она меня неплохо.

воскресенье, 22 мая 2011 г.

среда, 18 мая 2011 г.

Трава у дома

Сидя майским утром на солнышке и попивая зеленый чай, жмурясь на зелено-голубой, залитый солнцем пейзаж, чувствую себя немножко Буддой. Я Будда, только немного жалко травы -- ее скоро скосят, она выросла слишком высокой, не пойму, слишком высокой -- для чего? Но не уточняю, к чему подробности. Но пока еще белый домик стоит по пояс в зеленой траве, под голубым небом и ярким солнцем. Это похоже на старательную картинку доброго ребенка. Весьма почетно быть персонажем этой картинки, вдруг начинаю завидовать сама себе. И говорю себе -- вот, эти дни ты потом будешь вспоминать как счастливые, это точно. Счастье кажется такая штука -- его только вспоминать можно, но не чувствовать.

Оно (счастье, которое будет греть мне душу в будущем) состоит из пазлов -- домик, трава, солнце, белоголовые одуванчики, цветущая айва, небо, сирень. Сирень зацвела тугими пышными гроздьями, я не могу пройти по улице без того, чтобы не сунуться лицом в каждый, растущий вдоль дороги куст. Там и оттенки цвета -- белый, сиреневый, почти малиновый, лиловый; и оттенки запаха -- самый тонкий у сиреневой, самый сладкий у лиловой. Она какая-то молодильная, эта сирень, все время кажется, что объятия с ней -- обладают эффектом лифтинга. Я ищу счастливые пятилепесточные цветки и все время нахожу трехлепесточные. Такое у меня счастье -- не желает вписываться, даже в стандарты исключений из правил. Что ж, я жую свое счастье и желания у меня находятся, потому что Будда я только по утрам, днем это проходит.

Вечером я слушаю Машины рассказы про привидений, обитающих в доме. Их, оказывается, много, они разные, кто-то живет прямо тут, кто-то приходит с ручья. Но, говорит Маша, докучают они только тем, кто нехорош или вреден. Такие в доме не задерживаются, убегают и больше не возвращаются.

В гостях накачала себе фильмов режиссера Полански, он мне всегда был несимпатичен из-за своей крысиной мордочки. Ну и как всегда, оказалось, что тот, кто неприятен внешне, не нравится и в других своих проявлениях. Попытки проникнуться его творчеством провалились, хотя я честно старалась. Все не то, все не так. Какая-то трагическая ебля и скучные интриги.

Пишу про Полански и краем глаза замечаю оранжевое зарево за холмом. Пожар? Луна. Огромная оранжевая луна медленно выкатилась на темное небо. Торжественное зрелище.

пятница, 13 мая 2011 г.

Зверёк

Сколопендрой интересовались? Я сняла арт-хаус про моего мимолетного членистоного друга.
Вот ссылка, а получить код почему-то не могу. http://youtu.be/6t8H8qgWrY4
Там, кстати полно куда более красочных фильмов про склопендр.( Вот этот например озадачил -- http://www.youtube.com/watch?v=0zifEWsXP_w&feature=related)

*Фотографии у меня пока получаются лучше, чем кино. Но я наверстаю.




**все же Блоггер -- мертвый ресурс.Человек в футляре какой-то.

Грозовой перевал

Не могу понять какая лучше, поэтому все повешу. Это в тихой бухте Катина дочка пускает мыльные пузыри. Нарядная такая потому что день рождения. Я тихо-тихо подкралась сзади и фотографировала, трясясь от восторга и волнения, что она меня заметит и все тогда, ничего не получится.






понедельник, 9 мая 2011 г.

Хотела-то я написать о незамысловатом. Например о том, что ландышевую рассаду купила в Феодосии на рынке. По дороге домой осознала, что Машин участок очень солнечный, ландыши же, насколько мне известно, предпочитают тень и влажность. Поэтому посадила их в горшок и поставила на стол и они теперь меня радуют, хотя и огорчают немного. Именно с ландышами у меня неразрывно связана довольно противная песенка, которую я вспоминаю всякий раз, когда их вижу. Но, думаю, может, настоящие ландыши в горшке вытеснят из меня эту заразу?

Базилик опять же беспокоит. Пришлось проявлять о нем материнскую заботу и соорудить теплицы из пятилитровых канистр. Холодно потому что очень. Ну прямо удивительно даже до какой степени холодно, особенно, если вспомнить, что я в Крыму нахожусь, а не на Кольском полуострове. Рита говорит, что это Америка гадит -- распыляет плохой климат с Аляски. Чтобы урожай у все померз и вообще. Ну урожай-то свой я сберегу, не на ту напали, а вот по поводу Америки есть сомнения. Сдается, Америка не при чем, все дело тут во мне. Все мои попытки уехать куда-нибудь за теплом заканчивались всегда трагикомическими провалами. Как-то раз мне вздумалось провести зиму на Западной Украине. Там климат среднеевропейский, зимы отличаются мягкостью, но стоило мне приехать в ноябре -- грянули свирепые морозы, выпал снег и все это великолепие длилось до апреля. Еще как-то раз я зимовала в Симеизе -- южный берег Крыма, в декабре бабочки порхают, цветочки цветут. И надо же такому случиться, что в тот год в Крыму выдалась самая холодная зима со времен Великой Отечественной. Снег выпал и лежал месяц. Красиво очень было, но, сука, холодно. Стоит ли удивляться лютому апрелю и морозному маю на этот раз? Вот же она я, приехала в Крым погреться. Сижу в пуховике на веранде, изо рта пар, к стенке пара лыж прислонена но в целом все прекрасно. Только, опять же, мерзну. Ну и куда там Америке? Впрочем, если вопрос действительно ставится таким образом, то меня можно засылать в любые горячие точки, я им быстро климат поправлю, обеспечу метели и неурожаи опиумного мака, или что там они растят. А шпионским прикрытием будут служить мои восторженные лирические посты в жж. О том как, мол, прекрасно и удивительно все вокруг устроено. Какая дивная красота. Ну холодно, да. Но что поделать, в остальном-то, прекрасная маркиза, все хорошо, все хорошо. И все станут думать, что я просто слабоумный блоггер, а я на самом деле буду выполнять Миссию.

Поймала еще одну сколопендру, на этот раз в доме. Посадила в банку, думаю -- везти ее завтра в Феодосию, или не стоит придумывать традиций на пустом месте? У этой сколопендры характер не такой общительный, как у прошлой. Она свернулась колечком и угрюмо лежит. Поеду завтра к зубному, возьму ее с собой, чтобы выпустить на татарском кладбище, а там как получится. Но все-таки жизнь порой бывает удивительно симметричной. Неужели я так и буду приезжать к этому дантисту со сколопендрой в баночке? И нет ли в этом какого-нибудь тайного, недоступного мне смысла?

Все, пора заканчивать свою идиотическую повесть, руки мерзнут и хвост отваливается.

* Мироздание, пойми меня правильно, сделай пожалуйста так, чтобы наступила теплая весна. Теплая, понимаешь? Топить, как в прошлом августе не надо. Двадцать-двадцать пять градусов меня бы вполне устроило.

праздник

Проснувшись, услышала песню про журавлей. Вчера как раз думала -- неужто это девятое мая обойдется без озвучки? Телевизора у меня нет, радио тоже, вполне может получиться так, что тихо пересижу. Но нет конечно, нет, поселок празднует, песни разносятся над долиной и неплохие песни. Равнодушные горы и безразличное небо молча внимают. Петухи орут и время от времени резко вскрикивает какая-то неопознанная птица больше похожая на ночную. И грохочет через динамики "День победы". Конечно, для меня это еще праздник, или не праздник, но день особенный, когда все вокруг напоминает. Родители накрывали стол,слушали концерт -- Гурченко, Клавдия Шульженко, Кобзон, Лещенко, Марк Бернес, смотрели по телевизору парад , кажется (возможно действительно только кажется) , в то время парад еще был парадом, а не показухой с потрясанием мышцами и злобным желанием всем что-то доказать и показать. Продемонстрировать, так сказать, мощь. Сила ведь она такая штука -- в демонстрациях не нуждается, или есть она, или нет. Сейчас нет, жалкое бессилие видится мне в том, что Москву, для подготовки к параду тромбируют пробками, вынуждая граждан бессильно материться и ненавидеть все и вся, а ветераны по прежнему, кто еще в силах, вынуждены добираться до своих грустных сходок на метро и общественном транспорте. Глупы свежие лица мальчиков и девочек со связками георгиевскими ленточек, это нормальная такая глупость людей, не имеющих еще своих воспоминаний и потому, с готовностью пользующихся чужими. Чужими словами про память. Мы помним, говорят они, мы будем помнить. А что помнят, что собираются помнить и сами не знают. Я например, помню детство -- праздничный стол, гостей, обязательный поход с Сосновку, ветеранов, казавшихся мне тогда немыслимо старыми, но, на самом деле, еще вполне крепкими. Цветы, слезы, смех, объятия, песни, фильмы. Это немного, но это живое. А что будут помнить они -- путинские парады и лживые речи?

Сейчас остаются только наворачивающиеся слезы, дурацкие и опять же бессмысленные, я не могу помочь ,а они, может, и не думают даже, что отвезти их на праздник в автомобилях, было бы куда дешевле и правильней, чем громыхать по городу танками и бомбардировщиками. Да и праздник этот -- там все расписано -- по три бутерброда с колбасой, по три стопки водки, и концерт самодеятельности. Тетя Ляля рассказывала, что один такой концерт им устроили на самом солнцепеке и как-то не позаботились, чтобы старикам было где присесть. Не учли, да, а что им -- они молоды, сильны, здоровы и девственно глупы. Они могут думать только о себе -- как они выступят и как все устроят, как поставят галочку о проведенном мероприятии. Думать о живых еще, но старых и немощных людях -- не получается. Это блядская страна, сволочная, показушная,бесчеловечная, презирающая своих граждан, не желающая ни учиться на своих ошибках, ни помнить, ни уважать. Она желает только демонстраций и она демонстрирует. Демонстрирует свою слабость.

Так вот, про это -- будем помнить. Мне кажется, что когда жизнь уходит и остается лишь оболочка, когда гордость за людей сменяется гордостью за наличие большого количества единиц бронетехники, когда сердечные порывы сменяются муштрой и неосмысленными ритуалами, когда праздник перестает быть праздником и становится датой и обязаловкой -- лучше дать забыть. Пройдет еще совсем немного времени, умрут ветераны, умрут их дети, умрем мы, дети этих детей и памяти будет нечем кормиться. И, чем цепляться за пошлую яркую обертку, по дешевке, на скорую руку сооруженную из георгиевских ленточек, ходульных фильмов и ханжеских речей -- лучше и честнее просто забыть, как забыто огромное количество войн, горестей и бед. По крайней мере честно. Люди всегда про все забывают, ну так что ж? Таково их устройство. Нет конечно, даты всякие можно запомнить, на то есть учебники и школы (впрочем, кажется, образование в России отменили?), но чувства истираются со временем, потому, возможно, что чувства -- живые, а жизнь конечна. И нет возможности сделать их бессмертными, можно только превратить в зомби, ходячие трупы, а это противно и страшно.

четверг, 5 мая 2011 г.

Посетили сегодня со сколопендрией стоматолога. Подвергать зверюшку такому стрессу не планировалось, я всего-навсего хотела выпустить ее из банки в каком-нибудь безлюдном месте. Но в поселке такого не оказалось, а как только мы подошли к автостанции, сразу же подошел автобус и нам пришлось ехать вдвоем. Сколопендра, впрочем, ехала зайцем. Автобус оказался набит пассажирами, в жаркой духоте особенно выделялись запахи дамских причосок и, вступившего в реакцию с нарядными синтетическими одеждами человеческого тела, щедро сбрызнутого ядреным дезодорантом. Кислорода же не было вообще. Первым делом я открыла люк в потолке и немедленно выпятила нижнюю челюсть. Для убедительности. Потому что открывать люки в крымских автобусах дело гибельное -- всегда найдется кто-то, кому дует. Даже и в сорока пяти градусную жару. Выпятила я значит челюсть, пощупала в сумке баночку со сколопендрой и собралась стоять насмерть. Все, как ни странно, молчали, возможно чуяли сколопендру, как чувствуют люди наличие пистолета у оппонента. До Насыпного доехали с ветерком, а там меня переместили в середину автобуса и, пользуясь этим обстоятельством, мой люк кто-то шустро закрыл. Я же немедленно открыла следующий, под которым теперь стояла. Начала было шевелить челюстью, но тетка, сидевшая у окошка, успела раньше.

--Закройте немедленно. Зачем вы вообще его открыли?
--А дышать чем прикажете? -- ласково поинтересовалась я
--Хотите дышать, идите на улицу и дышите.
--Хотите согреться, идите в начало автобуса, там жарко и воняет, как вам нравится.
--Почему я должна из-за вас страдать? -- привела тетка последний неопровержимый аргумент.
--Судьба такая -- сочувственно ответила я -- капюшон наденьте... А вообще-то -- добавила я мечтательно -- я люблю, когда из-за меня страдают.

Тетка натянула капюшон и уставилась в окно с таким видом, будто ждала оттуда избавления от страданий. Сколопендрия одобрительно посапывала у меня подмышкой. Пассажиры улыбались. Так, в обстановке взаимопонимания, домчались мы до стоматолога. Поскольку я выехала с основательным запасом, у нас было достаточно времени, чтобы неспешно прогуляться по ближайшим сэкондам. Василиса застала меня в одном из них за недоуменным разглядываньем огромной плюшевой гориллы устрашающего вида. Чего, говорит, ты тут стоишь, идем я тебе козырный сэконд покажу. В козырном мы со сколопендрой купили мне всего кружевного. Меня в последнее время, как волка, все тянет нарядиться в овечью шкуру с оборочками и рюшечками. Старость наверное.

У стоматолога сколопендра притихла, оно и понятно -- ядовитая ты тварь, или нет -- зубной врач есть зубной врач -- внушает. Любой притихнет. Павел Иванович оказался мужчиной ласковым, внимательным, но зуб мой вознамерился убить. Все, говорит, пульпит, мышьяк пихаем. Я загрустила -- как-никак это будет мой первый мертвый зуб, но все когда-то происходит впервые, так что чего уж там. Сейчас, когда я это пишу, мой нерв медленно умирает от мышьяка, а восьмого мая придется ехать к дежурному врачу, вынимать яд из зуба. Эх.

В легкой меланхолии сходили мы со сколопендрой еще и на колхозный рынок -- купили пучок зеленого базилика с корнями, чтобы посадить перед домом, а так же литровую банку моих любимых семечек, породы " Пузанок". Пузанок -- это вещь, скажу я вам. Я уже предвкушаю, как из моей ротовой полости уйдет одервенение, вызванное анестезией и можно будет приступить к пузанку. Пока же я варю щавелевый суп. Базилик уже посадила. Хотела еще фиалок купить, но там только петунии какие-то продавались нелепых расцветок.

Если кого интересует судьба моего мимолетного друга -- сколопендры -- спешу сообщить, по приезду в Щебетовку я немедленно отпустила ее вблизи татарского кладбища. Катя сказала -- подальше от людей выпускать (да я и сама понимаю, не дура), а что может быть дальше? Сколопендра, оказавшись на воле, сразу же ввинтилась в какую-то трещину и даже не попрощалась со мной. А я уже почти к ней привыкла. Мне казалось, я ей нравлюсь.

*Сфотографировала я ее и даже сняла кино. Но все плохого качества правда. Доберусь до сносного инета покажу.

**суп вообще офигительный получился. Две мисочки навернула.

среда, 4 мая 2011 г.

новости с полей

Взошел, посеянный неделю назад лён. Пошла спросонья его проведать, а он тут как тут -- кажет мне зеленые раздвоенные язычки. Это очень мило с его стороны вот так вот по простому сделать то, чего от него ждут, не выпендриваясь и без всяких оговорок, или условий. Лен я посадила в декоративных целях -- он красиво цветет голубенькими цветочками и не требует ухода. Ткать и прясть пока не планирую, но кто знает, кто знает. Глянула на инжир -- о радость -- он тоже не стал выебываться и проклюнул листочек. Рядом с инжиром я воткнула палочку и привязала к ней деревце веревочкой, так папаша велел, чтобы, значит, ветром не завалило. О боги, палочка тоже зацвела.
*Прыгает и скачет.

За ночь, в моей кружке, оставшейся на веранде, кто-то трудолюбивый и хозяйственный сплел затейливую паутину. Я, не заметив, налила в кружку чай, сходила на кухню за спичами, вернулась, взяла кужку и выпучила глаза -- мне показалось, что с паутинкой кто-то подсуетился за ту минуту, что я была в кухне. Надо же, думаю, скорости какие, тут нельзя хлопать ушами, задумаешься о чем-нибудь, глядь, а тебя уже замотали в кокон. Потом дошло что к чему.

Поймала первую в этом сезоне сколопендру, теперь она грустит в баночке, а я думаю, что с нейц делать. Вариантов три -- убить, но это вряд ли, за что ее убивать, она у себя дома. И жила, кстати, скромно, под кусочком черепицы, я ее потревожила во время мытья пола на веранде. То есть мне никак не мешала, но продолжать жить с ней под одной крышей я тоже не намерена. Вариант второй -- буддийский -- отнести подальше и выпустить на волю. Самый здравый конечно. Ну и еще я могу ее приручить и пусть у меня будет ручная сколопендра. останавливает то, что, говорят, сколопендры удивительно тупые. Они очень древние и очень глупые. Говорят. Но я точно не знаю, надо в интернете почитать.

Выяснилось, что я, оказывается, очень люблю сельдерей. Не подозревая об этом, я прекрасно жила без него всю жизнь, а теперь вот не смогу -- хорош, мерзавец. Вкусен.

Еще я сегодня побелила потолок на веранде и посадила еще один жёлудь. Не считая всяких мелочей, типа просушки матрасов и мытья полов. Хорошо не ходить на работу все-таки.

понедельник, 2 мая 2011 г.

песталоцци

На набережной сегодня один маленький негодяй лет пяти устроил такую знатную истерику своим родителям, что пря мне знаю даже с чем сравнить его драматические способности. Он задыхался, хватался за горло, закатывал глаза и сипел -- пить, пить, хочу пить. Трясся и икал. Папаша с озабоченным лицом помчался в магазин, а мама осталась при младенце. Говнюк не унимался -- потрясывался, синел, сам себя придушивал, как Отелло Дездемону, чтобы всем было понятно, что он вот-вот умрет от обезвоживанья организма. Мама стояла рядом и явно испытывала неудобство, но пинка засранцу отчего-то не дала. Расположились они рядом со мной и я наблюдала все шоу в мельчайших подробностях. Младенец вызывал двойственное чувство -- нельзя было не подивиться его актерским способностям, но омерзение победило. -- Закрой рот, сказала я ему басом (у меня есть такой специальный фельдфебельский голос для приведения в чувство тех, кто зарвался), закрой рот и молча жди. Здесь еще ни один мальчик не умер от жажды и ты не умрешь. И посмотрела на него уничижительно. Дитя захлопнулось мгновенно и в ужасе уставилось на меня, икая и вздрагивая. Тут и папаша подоспел. Мама посмотрела на меня с благодарностью. Интересно, как же она дальше-то с ним будет? Я бы за такой концерт немедленно макнула бы сыночка в море, чтобы он нахлебался уже воды по самое не могу. Но маме, может, жаль было кровиночку.

воскресенье, 1 мая 2011 г.

мир труд май

В долину спустился туман, свел с ума окрестных собак. Полянка перед домом и ближайший холм еще зеленые, а дальше -- сплошной гризайль -- контуры деревьев и домов в серой дымке. А гор никаких нет вовсе. Пропали горы, будто и не было никогда.

на работу все-таки сходила, только собрала барахло -- тяжеленный, как гроб, этюдник, сумки, глядь -- к дому лихо подъезжает автомобиль. Гости пожаловали, без звонка, по простому. За что и поплатились, повезли меня в Коктебель. Ну не сразу конечно, чаю я им налила и позволила минут двадцать повосхищаться окрестностями. Удобно получилось, я как раз грустила о том, что переть этюдник до автостанции будет тяжело. На набережной встретила сразу всех. Все говорили о выручке, а я им рассказывала смешные истории из серии "горожанин на селе". Они немножко слушали, смеялись, а потом опять, с озабоченным лицом спрашивали -- ну как ты сегодня, много наторговала? Иногда мне кажется, что правило -- не обсуждать чужих зарплат -- золотое. Но чаще всего я об этом не думаю, вспоминаю только в таких вот случаях, когда чужая непосредственность падает прямо на голову. Милая девочка Муся, продающая рядом со мной всякие блестящие колечки, так и вовсе подсчитала все, что я продала и выдала мне мой же результат. Хорошая такая девочка была, а теперь, в двадцать семь лет, превратилась вдруг во встревоженную курицу. Сидит с несчастным лицом, переживает, что продажи плохие. Хотела ей сказать, что с таким выражением лица продажи всегда будут плохими и жизнь дерьмовой, но не стала. Чего лезть к человеку, может, сама разберется.

Поедая спагетти с мидиями, отломала себе кусок зуба. Теперь острый краешек больно царапает язык. Особенно разговаривать мучительно. Может, это знак, что хорош, мол, пиздеть? Но мне ж по работе надо. Непонятно. После праздников поеду в большой город Феодосию чинить, а то очень неудобно, язык болит и во время разговора мне кажется, что я пришепетываю.

*хе-хе. смотрю, читатель убыл. было аж 17, стало всего 16. Наверное урбанист какой-нибудь, не уважает нас, почвенников.
Мой калечный интернет прописал мне аскезу в отношении социальных сетей. В фейсбуке почему-то разлогинил, а пароля я, ясное дело, не помню и восстановить его с таким уровнем связи практически нереально. С вконтактом же и вовсе удивительная история -- при попытке зайти туда, модем отключается и начинает жалобно моргать оранжевым огонечком. В принципе мне пофиг, я никогда не любила эти ресурсы, но тем не менее непонятно. То ли это знак -- мол, охолонись, голубка, слушай песню валенкипение птиц и не выпендривайся, то ли надо настоять на своем и победить систему. Задумалась.

такоэ

Неустойчивые погоды дарят разнообразнейшие ощущения. Позавчера целый день шел дождь, монотонный, ритмичный и теплый. Небо свалилось почти на голову -- закутало собой горы и клубилось в районе обширных талий окрестных холмов и в кронах цветущих деревьев. Люди попрятались и только коты время от времени пробегали по лужам по каким-то своим неотложным бандитским делам, вид имели крайне недовольный, взъерошенный. Но я не о том. Иду в дождевике, резиновых сапогах и под зонтиком из магазина. Думаю, что вот надо же, какая погода приятная, тепло так, дождь, все растет прямо на глазах, трава уже как в июне. И тут вдыхаю печной дым, кто-то топит. Дым -- зимний запах и мозг тут же начал судорожно метаться в поисках подтверждения этого своего знания. И очень быстро нашел -- земля, усыпанная белыми лепестками цветов была им интерпретирована, как заснеженная. Дым, снег, зима, все в порядке подумал мозг и затих, успокоенный. Я и сама чуть ему не поверила, таким образом стереотипы чуть было не победили здравый смысл.

Вальпургиеву ночь я позорно проспала, по поводу свадьбы принцев и принцесс мне сказать абсолютно нечего, кроме того, что я никогда не встречала невесты, выглядящей более убедительно, чем цветущая алыча. Вот насколько бессмысленна сама алыча -- никто ее не ест (знаю, знаю про компот и еще какой-то грузинский соус из нее приготовляемый, но это все фигня), на столько же прекрасна она, вся плотно усыпанная белейшими цветами. А вообще-то свадьбы меня не умиляют и не умиляли никогда. Первомай собиралась отметить выходом на работу, но сегодня что-то так холодно, прямо и не знаю стоит ли. Хотя, с другой стороны, в такую погоду все покупают обычно -- делать то больше приезжему человеку нечего -- только выпивать и по набережной шляться. А там я с полной коробочкой -- есть и бархат, и парча, ну как устоять? Но холодно, блин, не в пуховике же идти. На самом деле просто не хочется ни набережной, ни людей видеть и я ищу отмазки. Даже интересно, что победит.

О, вот и солнышко вылезло. Блин, как в том анекдоте -- прекрасная солнечная погода, великолепное поле, замечательный денек, словно все, все вокруг против нашей сборной по футболу.