быт

Это если кто сомневался, что я старуха Шапокляк. Ну не сейчас еще старуха, но двигаюсь в выбранном направлении.

Здесь случилась весна -- тепло и пахнет жизнью. Я изменяю интернету с электронной книгой, в интернет надо ходить в соседний дом, тут нет никого, холодно,но интернету хоть залейся, а книга всегда под рукой и закачано туда уже на год вперед. Быков прочитан, хороший Быков, но жути под конец нагнал, мне идеологически чуждой. Теперь Мураками последний. Молодец Мураками, наш человек. Без жути, так, кошмарит по чуть-чуть. Хозяйство забросила, это бы ничего, если одной жить, но Наташка расслабиться не дает. Сегодня я не смогла предоставить ему завтрак, за что была вознаграждена спектаклем "Умирающий котик". Там было все -- и пронзительный взгляд, и демонстративное вылизыванье пустой миски, и тоскливые песни, и тревожные метания, только что дохлым не притворялся. Между тем, он уже поперек себя шире и разгрузочный день повредить ему не может. Но в магазин пришлось сходить. Диета вразумила животное -- однопроцентный кефир пошел на отличненько, с чавканьем. На десерт корму дала, так он вообще затрясся. С кормом конечно подстава. Вроде удобно -- дешево и без геморроя, насыпал сухариков и все. Но, чувствую, развращает это питание котиков, какие-то они становятся сами не свои от него. Как дети от синтетического грызла -- конфеток-сухариков. Дуреют.

Я рисую, как осатанелая, скоро надо ехать в Москву. Нельзя же откладывать до бесконечности, да и деньги кажется заканчиваются. Я туда не смотрю, но на ощупь, пачечка как-то подозрительно истончилась. Надо пополнять. Кстати, если кто чего хотел, напомните, а то буду я на большой земле недолго, так чтобы все успеть и никого не обидеть. А неохота ехать -- тут тихо, весна опять же, а там все по взрослому. Все больше утверждаюсь в своем эскапизме, только вот не уверена на счет мира иллюзий. Какие ж тут иллюзии -- вот горы, вот котик Наташка, вот колодец, с крыльца море видно. Википедия пишет, что, мол, "человек перестаёт проявлять интерес к известным ему и принятым в обществе ценностям, предпочитая мир своих грёз". Но, извините, принятые в обществе ценности я в гробу видала и в белых тапках, не подходят они мне. И, более того, они-то как раз и являются вполне себе иллюзорными. В общем, если крысиной возне придать статус общепринятых ценностей, то как называть отрицание этой возни -- неважно. Эскапизм, так эскапизм, грезы так грезы.

К зиме местные жители чрезвычайно добреют, что хорошо видно на примере водителей маршруток. Нет более свирепых и хамских граждан летом, а сейчас ласковые, как папа родной. На вопросы отвечают любезно, недавно фотографировала расписание, висящее в кабине, так он чуть ли не предложил переписать мне его от руки. В смысле он для меня перепишет. Еле отбилась. Удивлена, но не слишком. Просто тут никто никак не может привыкнуть к летнему наплыву людей. От людей дуреют, как Наташка от сухого корма, свирипеют. Потом же приходят в себя и оказываются неплохими, в общем людьми.

Ездила недавно с Катей и ее детьми в баню. Баня меня подкосила, даже странно. Вроде чистая такая, гладкая, стала, пятки отскребла, ногти отчистила (ненадолго, ногти в деревне долго чистыми не бывают. У меня по крайней мере), но тем не менее. Все заболело, спала отвратительно и вообще пару дней состояние было мерзейшее. Интересно, почему так. И что делать, баня-то мне в принципе по нраву, там тепло и много воды. И, поскольку принять ванну в крыму практически невозможно, баня -- единственная возможность отмыться до скрипа. Душ и поливание себя из ковшика такого эффекта не дают, вроде и чистый, а не то. Засада.

Ладно, пойду к котикам, не скучайте.