суббота, 8 октября 2011 г.

В Ялте на набережной была потрогана обезьяной. Я как раз смс отправляла, а тут фотограф, сначала по английски мне сказал, а потом опомнился и перевел -- можно, говорит, на руках держать бесплатно, а обезьяна в этот момент, не будь дура, лапку-то ко мне и протяни. Чего это, отвечаю, я тут ваших обезьянок буду забесплатно на руках носить? И не надо меня трогать (это я уже обезьяне сказала строго), что за вольности. Сразу припомнила повадки коктебельских фотографов-живодеров. Они значит, отловят клиента, обовьют его питоном, на голову посадят пару голубей и давай соблазнять фотосессией за двадцать гривен. Жертвы ведутся, а куда деваться, если ты в питоне весь, их снимают с разных ракурсов, а после предоставляют счет -- по двадцать гривен за каждое нажатие кнопки. Многие платят. Некоторые трусливо лебезят -- у нас нет стока, а давайте мы вам отдадим все, что у нас есть, а? На моей памяти никто не послал фотографов нахуй с ихней просьбой несуразной. Лена, правда, говорила, что видела и такое, так что есть герои среди отдыхающих, но в основном лохи конечно. Не то чтобы я опасалась, что меня сейчас с обезьянкой нащелкают сто раз и мне придется отдать все деньги и еще расписку написать и потом дома застрелиться, потому что долг чести -- это долг чести, не можешь отдать -- будь любезен пулю в лоб. Нет, просто не люблю, когда меня трогают и мельтешат.

День вчера был из таких, что всю жизнь потом, хранятся в папке "были_были_же_счастливые_моменты". Ну в голове такая папка, где собраны всякие события, дни, иногда недели, счастливые билетики, моментальные снимки, обрывки мелодий, смски опять же; и в моменты усталости, внутреннего предвесеннего истощения, в эту папку лезешь и шелестишь всеми этими файлами, они полузасушенные такие, но от твоего дыхания -- расправляют крылышки и начинают шевелиться тихонько -- поводят усиками, неуверенно ползут, нет-нет да и вспорхнут. И ты перебираешь их с такой улыбкой грустной, вот, думаешь, накопила такое. И печаль становится светла. Так вот вчерашний день прямиком отправляется в эту самую папку. Весь целиком, даже с обезьяной.

И даже не хочется оформлять его в слова, потом, может вспомню, как валялась на набережной, греясь на солнце, как играла скрипка, как плыла на кораблике и смотрела в море. А сейчас не надо, пусть побудет цельным пока.

https://blogger.googleusercontent.com/img/b/R29vZ2xl/AVvXsEgBKuEz00Bhyphenhyphenm_PpO0yfsFQD0Z70-xjges_NOEVAzNHxuVjvlgPcbBmivYkPdFIjDuOgkgC47f5bu1tUNr-ljmWbdaOcW-hZoJViLJJoPGSx9fgtdOnDLDqE1iRONdE26SdRU289XFVsko/s400/PICT0044.JPG -- иллюстрация, коли не лень смотреть

вторник, 4 октября 2011 г.

неприличное

Провела час за прочтением своего дневника, перечитывала это лето. С одной стороны -- столько всего интересного есть помимо меня, с другой -- неожиданно увлеклась. Понравилось в общем, живенько так. Я бы на себя подписалась, впрочем, в жж я и так на себя подписана, автоматически. А вот было бы мило, если бы такой нервный блоггер периодически сам от себя отписывался со скандалом. Со склочными каментами, или прочувствованными посланиями в личку. Дескать, сударь, вы мудак, не желаю больше засорять свою ленту вашим бредом. А потом, поостыв, обратно оформлял бы подписку. Извинялся бы, мол, прошу прощения, был нетрезв, погорячился, вы хоть и мудак конечно, но занятный. А потом по новой. И так бы сам себя заебал, что сам бы себя же и забанил. Это куда веселей, чем удалять и воскрешать журнал. Интересно, возможно ли технически?

Доброе утро

Вроде опять лето вернулось. Я проснулась от солнца, открыла форточки, в форточки напрыгало кошек. Двух. Нет, в форточку по очереди запрыгнули две кошки и давай шалить. Вчера вечером, кстати, усомнилась в кошачьих интеллектуальных способностях, потому что кто-то из них пытался заскочить в закрытое окно. Я только услышала глухой удар (это, я так понимаю харя об стекло), потом шлеп, недовольный мяв и удаляющийся топоток. Вот, думаю, дура. А потом вспомнила, как я сама впилилась мордой в стеклянную дверь магазина, заговорившись по телефону. Тоже гул пошел. А я, между тем, очень, очень умная. Чрезвычайно умна. Рассеянная просто. Вот, наверное и кошка тоже задумалась о чем-то и того.

Хочется есть, но мысли о какой-то конкретной еде вызывают недоумение. Вот например имеются -- сыр фета, хлебцы с удивительным составом (в них нет муки), базилик и помидор. Вроде отличный набор -- а организм как-то вяло реагирует на такую возможность. Ладно, пробую визуализировть например, котлету, или гречневую кашу (вкусы мои назамысловаты), организм уныло посылает меня в жопу с моими несуразными фантазиями. Каждый вечер хожу по супермаркету и разглядываю конфеты. На украине очень вкусные конфеты. Рассматриваю, рассматриваю, тискаю в руках пакетик с черносливом в шоколаде (а это беспроигрышный вариант вроде). И понимаю -- не хочу я конфет. И колбасы не хочу. Покупаю кефир и яблоки их я тоже не хочу, но что-то же надо и иду к себе на гору. По дороге желания вроде возникают -- но к еде они по прежнему не имеют отношения. А такие типа -- ах, почему люди не летают, как птицы, полететь бы сейчас, и музыка в наушниках как раз подходящая.

Я вон вчера короткую юбку себе купила. Понравилась что-то. А потом вспомнила, что бывает, когда в коротких юбках ходишь и опечалилась. Я не цистит имею в виду, есличо

Кстати, про ум. Я тут у одного блоггера, толстого и красивого парниши, прочитала, что свой ум мы, девушки, вполне можем оценить, внимательно рассмотрев график читателей. Ну там вот это -- вас читает один процент мужчин в возрастной категории до 17 лет и тд . Блоггер авторитетно заявил -- что, чем больше вас читает мужчин от (не помню точно) двадцати пяти, что ли, до, скажем, пятидесяти, тем вы, дамочки, более круты. Потому что это у них, мужчин, возраст расцвета всех способностей и если они снисходят до прочтения ваших буковок, то вы, значит, молодец и умница. У вас обаяние ума. Дамочки побежали проверять. Что за прелесть эти люди, ей богу. Так бы и защекотала насмерть. Но все равно непонятно, что у них в головах. У некоторых, мне кажется, там такое ущелье, а в нем серый клочковатый туман клубится. И иногда этот туман принимает какие-то размытые очертания, которые граждане немедленно принимают за мысли. И делятся этим туманом с окружающими. А окружающие аплодируют. А туман штука такая -- пока им делишься, он меняет форму, а то и вообще теряет ее. Впрочем, как человеку, думающему разноцветными пузырями, мне бы лучше помолчать. Но я свои пузыри за мысли не выдаю, я просто смотрю, как они переливаются и плавно перемещаются в пространстве моей головы. И ощущаю в этом какую-то гармонию и смысл, но чтобы точно понять что к чему, надо наверное, как Никола Тэсла, подлключиться к ноосфере. А мне неохота, если что -- пусть ноосфера сама ко мне подключается. Посидим, чайку выпьем. Я всегда рада.

Между тем съела яблоко. Правильно, кстати, раз ничего не хочется, нужен соблазн. А яблоко, это соблазн и есть.

Я не знаю, как мне удается валяться на диване, разглядывать через стеклянную стену горы, небо и море, грызть яблоки, писать всякую ерунду, знать, что сейчас я надену на себя что нибудь прикольное и спущусь вниз, наверное в Гурзуф. И буду там бродить по набережной в плеере, пить кофе на верандах, гулять по парку и может быть даже искупаюсь -- и не испытывать при этом чувства вины перед человечеством, которое хмурым октябрьским утром пиздует в офис, или еще чего неприятное совершает над собой. Я не знаю, но получается легко. Каждый же может жить, как хочет. Ну, или мог изначально. Это просто выбор, не более того.

Все вышенаписанное прошу никаким особым смыслом не наделять. Мне нравится писать -- я люблю процесс, но я очень не люблю мэссиджей, выводов и прочей ерунды. Кошка неуклюже сползла по виноградным лозам и увесисто приземлилась на козырек дома. Вроде маленькая, а топает, как слон. Спрыгнула с козырька и потерялась из виду. Пойду и я.

понедельник, 3 октября 2011 г.

лни

Спускаюсь в Ботсад, иду вдоль решетчатого забора к центральному входу и думаю -- или я не местная, зачем мне делать этот крюк, когда цель -- вот она, только перемахни забор. Примерилась и перемахнула. Приземлилась пружинисто, смотрю -- а ладони все в мазуте. Ну я конечно встревоженно принялась рассматривать свою задницу, как там мои любимые джинсы. Ни одного пятнышка. Это значит, я действительно перелетела забор, как легендарный прыгун Сергей Бубка. Мазут оказался, к счастью, старым и оттерся с ладоней довольно легко.
Ну не знаю.. на всякий случай объясню, хотя уверена, что дебилы здесь не ходят -- прыгала через забор я не экономии ради, а озорства для.
Там хорошо, в Ботсаду, много деревьев, прудиков, рыбок и есть даже лабиринт. Гуляли по лабиринту. Чувствуешь себя придурком вообще-то, я же еще накануне посмотрела фильм Трое в лодке, не считая собаки с Мироновым и прочими. Так вот там комическая сцена с лабиринтом как раз тоже была.

Кашель, настигший меня еще на Казантипе, прижился, завез новую мебель, выписал бабушку из Твери, развел герань и купил новую люстру, псевдохрустальную, с висюльками и шариками. Когда я кашляю -- висюльки звенят. В Харькове подселились еще и сопли. Пользуясь случаем, хочу передать привет заботливым людям, ароматизирующим носовые платки. И так, блять, жизнь сложная, еще и сопли пахнут клубникой.

Шла сегодня к себе на гору при свете месяца, под Лунную сонату в плеере. Понимаю, что звучит избыточно, но было здорово.

пятница, 30 сентября 2011 г.

задумчивая, мило оживленная

Здесь все еще можно свернуть в случайно открытую решетчатую калитку и оказаться на старинной деревянной даче, красивой и ветхой, в курортном стиле начала прошлого века. С резьбой, облупившейся краской, балкончиками и лесенками, большими застекленными верандами, крылечками, боковыми ступенями, украшенными по краям декоративными полуразвалившимися вазонами. На всем следы времени, стены заплетает плющ, стены помнят множество человеческих историй -- смешных, нелепых, романтических, пошлых, трагических, на любой вкус. Можно попробовать подслушать, есть же такая возможность, что иногда они начинают тихо шептаться -- делиться воспоминаниями. Но я не уверена, что сейчас я смогу слушать разговоры стен. Я брожу по Ялте уже несколько часов, в наушниках у меня поет Бэт Гиббонс, а потом таксидомун стонет про то, что we are the victim's of the death и сознание у меня изменилось незаметным образом, и внутри какой-то космос -- холодный и неуютный. Тоска. И надо ли говорить, что я восторге?


В сумке у меня еще три книги Ирвина Шоу, а в голове вдруг слепляется какое-то соображение. Оно совершенно точно не имеет никакой цены для общества, поскольку в общество вброшено наверняка уже очень давно. То есть не ново. Но моей персональной ценности еще никто не отменял, поэтому я старательно придаю ему форму. Я даже зашла в магазин и купила ручку, чтобы записать и записываю прямо в книге, на свободном последнем листе. И вот что там написано.

В каком-то смысле, для того, чтобы дать себя сломать, превратиться в "сломленного человека", нужна и сила и выносливость. То есть, ломаются, смиряются, ставят на себе крест, люди вроде от слабости и страха. Но вот сам этот процесс, и тоскливое существование казалось бы пустой уже оболочки, без самоуважения, когда и самому-то от себя уже тошно -- вот это требует, на мой взгляд какого-то недюжинного мужества и стоицизма, и многих сил. Я вот не уверена например, что смогла бы -- или свихнулась бы, или руки на себя наложила.

То есть получается, что силой наделены все, только употребляют ее на разные вещи. Одни -- чтобы постоянно жить в нечеловеческом ужасе, другие, чтобы этому ужасу противостоять, а некоторые распиздяи, на то, чтобы жить и вовсе без ужаса. Ну то есть -- инструменты у всех одинаковые, а то, как ими распоряжаться -- вопрос личной ответственности. Или, там осознанности. Ну или просто так удачно получилось, что кто-то нечаянно (интуитивно) пользуется своими возможностями себе на благо, а кто-то во вред. Ну и, если во вред, то тут конечно надо думать как-то начинать.

Хорошо иной раз перечитать того, кто нравился давно-давно. Чаще-то всего, ты кривишься и думаешь что-то вроде -- ну и как я мог это читать, интересно что было у меня в голове? Но вот с Шоу получилось отлично. И кстати главное.

И я бреду дальше на набережную. Там граждане фотографируются с мартышками, голубями и прочими несчастными. А вот семья отловила огромного мордатого кота, вполне самодостаточного и дружно фотографируется с ним. Абсолютно бесплатно. Кот и впрямь уникальный, головастый, очень большой, очень, со среднюю собаку, такого, знаете, похуистического склада. И действительно -- ему никому ничего не надо доказывать, ежу понятно, что он король. Фотографировать и гладить себя позволяет величественно и снисходительно.

Я посидела рядом с котом, выказала ему свое уважение и отправилась на рынок за яблоками и виноградом. Космос внутри меня немного рассосался, а после того, как мне пару раз наступили на ногу (новые туфли английские, блять), так и вовсе сжался в горошину. Но он там есть и никуда не денется, это точно.

четверг, 29 сентября 2011 г.

память

В шесть утра в Симферополе низкие тучи, очень низкие, серое все, люди в куртках, хотя тепло конечно же. Но осень. Я уныло брожу вокруг вокзала -- пытаюсь купить пачку сигарет. Купила, села в автобус и автобус повез похмельную меня в Никиту. И вот мы едем, едем и как будто бы вечер -- так непривычно сумрачно, а потом Ангарский перевал и тучи об него рвутся, повисают клочьями, в просветах небо голубое, солнце светит. В Алуште уже теплый летний день, люди в майках и шортах в автобус садятся. Вот за это я тоже южный берег люблю -- он сам по себе. Осень ему не указ.

А я вернулась. Позавчера выяснилось, что мне надо вот прям срочно в Россию выехать, лимит пребывания на Украине вышел. Села в поезд и покатила в Белгород. А из Белгорода на автобусе в Харьков. Через дьютифри. Литр семилетней Гаваны и почему-то ликер Вана Таллин (ну это для девочек). А ром для взрослых конечно. Вот мы его в Харькове и употребили. Я думала, что пиздец будет, но ничего так получилось. То есть не, ну пиздец конечно, но не в том смысле. Неожиданный только. И я видела золотую осень, и усыпанные листьями аллеи, растворяющиеся в в серебряном солнечном сентябрьском свете, и ливень был еще. Так непривычно, я в это время в Крыму всегда, уже и позабыла как выглядит осень в начале. Очень все нежно. И хорошо что недолго. Правильно я семилетний купила, выдержанный напиток милосердней к голове. Поэтому у меня сейчас ничего не болит, только некоторая томность прослеживается и ахуй. Ну, ахуй, положим к рому вообще не имеет отношения, это такой экзистенциальный ахуй. И я лежу на диване, смотрю в ноут и сквозь стеклянную стену. Сквозь стену видно, что тучи победили Ангарский перевал и доползли до моря. Но мне даже нравится чем то эта погода. Для такого состояния самое оно.

Жизнь, надо сказать, полна неожиданностей. И этим хороша.

Ничего, что я не пишу про всяких там полупрезидентов? Думать о них дольше пары секунд -- много чести, мне кажется. Я бы и на секунду не задумалась, да они валятся отовсюду, стоит интернет открыть, как сразу -- чертиками из табакерки. В связи с этим хотела сказать -- плюнули бы вы уже на этих уебанов. Есть дела поинтереснее, можно например, пойти погулять.

пятница, 23 сентября 2011 г.

безответная любовь

--Дуня, я вас обожаю, Дуня. Ну посмотрите же на меня!
Дуня смотрит мельком и тут же отвлекается на огрызок огурца.
--Дунечка, неужто огурец вам интереснее моего разбитого сердца? А? Я ведь и жениться могу, если что.
Дуня заинтересованно трогает лапой шнур от компьютера.
--Не желаете ли сыру, голубушка?
Сыру желает, а на меня и не смотрит. О я несчастная.

Вместо Гурзуфа оказалась нынче в Партените. Ничего хорошего, кроме названия там не обнаружила. А, да, инжир отличный купила -- сладкий, как поцелуй.