пятница, 16 августа 2013 г.

ночи августа

Мы будем носить шелковые платья мышиного цвета, никогда не будем знать, какой сегодня день, а когда мы умрем, через два месяца нас найдут соседи (с)

Комната большая и темная, как в замке, настольная лампа скупо освещает небольшое пространство. Сюда стремятся пыльные ночные мотыльки, они то мечутся, то тихо лежат на границе света и тени -- отдыхают. Прилетел и маленький зеленый богомол -- ему тут пир. Богомол еще молод, доверчив, не столько охотится, сколько порхает и, кажется разглядывает меня черными любознательными глазками, головой крутит -- то одним глазом посмотрит, то другим. Потом лихо подпрыгивает, распускает все свои крылья -- и зеленые, жесткие, и подкладочные, полупрозрачные, машет ими так часто, что они превращаются в размытый кадр, и приземляется прямо в кружку с горячим чаем. Умер немедленно, только что был шустрый и любопытный, очень живой, и раз -- лежит в клубах пара, похожий на разваренный стебель укропа. Никакой жизни, ноль. Я говорю сочувственно -- "прыг в котел и там сварился", и достаю его зажигалкой, скидываю на пол. С доверчивыми и любознательными частенько случаются всякие беды, но чтоб так наглядно..


Наступили знойные белёсые дни, воздух плавится, ветер горяч и я начинаю ждать вечер, как просыпаюсь. Днём все что-то не то -- освещение, шум, надо куда-то идти, да хоть бы и за сигаретами, все равно лень и не то. Вечером становится тих, никому до меня нет дела, я знаю, что никто уже не позвонит и ничего не станет спрашивать -- все спят, или уехали в Лисью Бухту -- пить и купаться без трусов. Не самое плохое занятие, кстати, но я уже давно хочу все делать в одиночку, а в августе в Крыму, остаться одной можно только в своей комнате, так похожей на замок. Кажется, я не люблю август, он нравится мне только в конце, когда вдруг становится свежо по утрам, прохладно в тени и ночи холодные. Когда говорят -- засентябрило, я начинаю очень любить август. Но не сейчас, сейчас мне хотелось бы спать целыми днями, просыпаться в пол седьмого вечера, а укладываться часов в девять утра. Это был бы прекрасный режим. Но не получается. Завтра и вовсе мучительный день -- надо ехать в Феодосию чинить ноутбук. Мы разобрали его с Алексеем и выдули килограмм пыли, кулер, однако не заработал. Вот, кулер и будут мне завтра чинить. Здесь не меняют, здесь чинят, так сказали мне по телефону. Ну что ж, ну что ж, пусть сделают хоть что-то. Проведу несколько муторных часов в городе Ф, вместо того, чтобы спать до вечера, а потом сидеть в темной комнате, с настольной лампой и свечкой в бутылке -- воск так красиво стекает по ее покатым плечам и застывает дорожками -- и читать всякие книги волшебные. Я волшебные нынче котирую -- про паруса, или про снег, про черных птиц, про старушек, живущих таинственной жизнью. Но надо прожить в этом зное еще неделю и лето кончится, будут ясные прохладные утра, яркие контрастные дни и холодные звездные ночи.

четверг, 8 августа 2013 г.

жаль

Понятно почему новый Пак Чхан Ук меня разочаровал. Очень уж высоко я ценю Олдбоя, это великий фильм на мой взгляд, настоящая высокая трагедия. Очень всеохватывающая. А Порочные игры -- это жирный, богатый мейнстрим. Это, как если бы Достоевский после Идиота, взял и написал бы нажористый готический триллер например. Выдал бы качественный продукт. Я вообще против мейнстрима ничего не имею, но от некоторых ждёшь большего. Ну вот и несостыковались.

Вот, "Я киборг, и это нормально", очаровательный совершенно фильм про то, что любовь творит чудеса и он никак меня не опечалил. И с Олдбоем сравнивать совершенно не хотелось, хотя масштабы разные. Наверное потому что в нем есть и нежность, и искренность, и тонкость. А в Порочных играх -- слишком все глянцевое, очевидное и просчитанное. Никакой жизни. И это жаль.



Олдбоя посмотрите кто-нибудь, кто не видел. В нем смыслов -- на всю жизнь хватит, это вам не игрушки.

понедельник, 22 июля 2013 г.

холодное лето

Холодное лето в Крыму -- это здорово, значит, дни будут не жаркими, а ночи прохладными. Сейчас уже скорее ночь и я довольно сильно закутана для этого времени года -- и штаны, и кенгуруха, и пледом замоталась , и даже капюшон натянула. Хорошо, мне нравится, особенно если вспомнить, что всю осень, зиму и пол-весны было около сорока и я жила в обнимку с вентилятором. Получается отдых от жары.

Пребываю в прогрессирующей отвлеченной задумчивости, это вообще неплохо, но для быта не очень. Сейчас например хотела зарегистрироваться на сайте и минут десять провисела над первым пунктом -- "Ваше имя". Настоящее указывать мне показалось скучно, а никакое другое не приходило на ум. В какой-то момент пришлось себя одернуть, потому что я обнаружила себя бессмысленно уставившуюся в экран, не думающую вообще ни о чем. Рефлекторно дрыгающую ногой под диджея Нину Крайвиц, в точности как идеальный потребитель, любимое дитя профессора Выбегалло. Имя так и не придумала, созерцание экрана насильственно прервала. Если уж втыкать бессмысленно, так лучше на луну. Мне уже и из Москвы звонили, спрашивали -- видна ли. Видна, еще и как. С философской точки зрения видимо не имеет значения, на какой предмет медитировать, а с дурацкой -- на луну вроде как благороднее. Хотя, это конечно же ерунда все.

Нашелся такой вот фильм замечательный. Короткий, но с целым Кайдановским. А если кто не знает Кайдановского, то в любом случае фильм отличный. Так что не ленитесь, зацените, минут двадцать идет.
 
 

суббота, 20 июля 2013 г.

образ жизни

Понятно, что съездить на велике до магаза за сигаретами и мороженым -- это ни зож никакой, а обычное дело. До Коктебеля и обратно -- это да, расстояние-то не слишком большое, километров 10 в одну сторону, но учитывая пересеченную местность, хреновый асфальт, жару, машины вжик-вжик -- самый что ни на есть зож. И еще искупаться в море свозили на автомобиле из Коктебеля уже. А потом обратно в Щебетовку -- местность пересеченная, вжик-вжик машины, морда красная, хоть прикуривай, ноги трясутся. Дико полезно наверное. Полудохлая, по приезду чего-то там съела, а, холодца (селяне носят и носят. Это второй уже) и мороженого. Душ, все дела. Таблетки от головы, голова от перегрузок заболела. Теперь лежу примерно как с похмелья. Пытаюсь понять -- наебалово этот самый зож, или нет. И если нет, то где золотое сечение. Если каждый день в Коктебель мотаться, то я или так просто крякну, или машиной собьет в момент отчаянья, когда я пру на гору и мне уже наплевать на обстановку на дороге, потому что, если еще и на это отвлекаться, то не одолею гору-то. Можно, впрочем, ездить в Крымское Приморье, оно ближе и там море.

среда, 17 июля 2013 г.

удивительная хуйня

Буквально на пять минут отошла вина выпить, возвращаюсь -- а у меня пол экрана в полосочку. Осваиваясь с этим фактом я пару серий еще посмотрела, но все казалось -- издевательство какое-то. Погуглила цены на видеокарты и матрицы, потому что на запрос -- экран в полоску, мне ответили -- или то, или то полетело. Менять. Цены не удивили, но и не то чтобы порадовали. У мня деньги как раз кончились, так-то мне не жалко. Но нету их. Я опечалилась, спустилась вниз и съела кусок холодца с хлебом и огурцом. Холодец принесли селяне в дар. Вкусный. И неожиданно как-то -- летом. Хотя подходящая вообще еда, холодненький такой.

Потом снова полезла читать про решение проблемы -- ну там сложно, можно что-то паять самому, но лучше не стоит. И  рекомендации еще были -- скрутить экран (???) (без фанатизма)и поглядеть на полосочки -- если они видоизменятся, то значит матрица, а если что-то там еще -- то видеокарта. Или наоборот. Ну мне-то все равно собственно, да и как экран скручивают непонятно. Но я все-таки попыталась, взялась за крышку ноута, сдавила и полосочки немедленно исчезли. И нету до сих пор. Вот какая удивительная хуйня приключилась.

А еще я скачала саундтрек к Галактической железной дороге. И у Пак Чхан Ука новый фильм вышел. Вот где радость.

понедельник, 15 июля 2013 г.

вырвано из контекста

С той зимы в этом городе она еще не была.

Оказавшись же здесь спустя почти два года, бродила по тем же местам, не из сентиментальных соображений, но потому, что больше особо и негде. Летний курортный город и он же зимой, разнятся очень сильно, общего у них -- только формальные какие-то маршруты, условные маяки, географические точки -- дома, улицы, море, аллеи. Но и они выглядят совершенно по разному -- фактура, цвет, свет, все до такой степени другое, что ей сложно было избавиться от ощущения, будто и города -- разные. Нигде в этих жарких, заполненных людьми и торговлей улицах не притаилось памяти о продрогшем, отсыревшем городе, где в четыре дня уже темнело и зажигались редкие фонари, и так хорошо было, сидя у большого окна одного из немногих, открытого зимой кафе, пить дымящийся глинтвейн и рассматривать пустынную вокзальную площадь. А вот и оно, это кафе. Летом, столики выносят на улицу, а реклама глинтвейна и сейчас висит -- да только кому он нужен в этой жаркой, многолюдной реальности июльского дня?
Она прошла вдоль путей, мимо припаркованного к платформе поезда дальнего следованья и вспомнила, как уезжала отсюда, похожим на сегодняшний, жарким летним днем. Все вагоны уже впускали в себя пассажиров, кроме нужного. Люди, окруженные барахлом, взволнованно крутили головами и по привычке нервничали. Люди часто нервничают, когда что-то идет не так, как должно бы. За десять минут до отправления, юный, с мокрыми всклокоченными волосами проводник-ученик, открыл наконец дверь и застенчиво признался, что бегал искупаться, чем вызвал расположение к себе. Вокзал находится на берегу моря, поезда долго тянутся вдоль пляжей, давая возможность приезжающим немного привыкнуть к большой воде, а уезжающим -- попрощаться с ней.

Неуверенно переставляя ноги в белых туфлях (она отвыкла от любой обуви, кроме шлепанцев, и сегодняшняя идея с туфлями теперь казалась ей неудачной) по запыленной аллее, добрела до рюмочной "ветеран" -- вот где наверное время остановилось -- в насквозь прокуренном полуподвальном помещении, со столиками для курящих и некурящих, стоящими вперемешку; тихом, сумрачном и гулком -- звук отодвигаемого стула отдается эхом, да парой пьяниц в углу, молча опрокидывающих свои стопки. Какой неподдельный восторг она испытала тогда, зимой, наткнувшись на это заведение, она всегда радовалась, сталкиваясь с чем-то настоящим.

Туда она спускаться не стала, летом не тянет к уюту такого рода. Рядом Антресоль -- заведение с амбициями, старательно-уютной обстановкой, что называется -- с атмосферой. Вообще, сознательные попытки создать атмосферу всегда казались ей ужасно пошлыми, как и выражение "наш круг". Вот и это -- заведение для людей какого-то там круга, тех, кого обыватели зовут богемой, хотя какое там, богеме прямая дорожка в рюмочную "ветеран", там демократичные цены и по настоящему, безыскусно стильно. Заведение с претензией для людей с претензией, сформулировала она для себя и чуть было не зашла туда выпить пива (и чего вцепилась в эту Антресоль? кафе как кафе, напридумывала тоже. понятно же, что оно совершенно не при чем), но вовремя вспомнив, что там нельзя курить, присела на лавочку, закурила сигарету и попыталась восстановить в памяти необычное, приподнято-подавленное состояние, не оставлявшее ее в ту зиму. Получалось не очень, ощущения и состояния плохо поддаются реанимации без сильных каких-то катализаторов, вроде запаха духов например. Вообще запаха, все остальное помогает плохо. Она даже и не знала, что это может быть -- все остальное. Тот город пах по зимнему -- сыростью, холодным морем, дымом, снегом, горячим вином со специями, откуда сейчас этому всему взяться? Впрочем, это и хорошо -- узнаваемый запах, будит ощущения неконтролируемо-сильно, а ей не хотелось ничего заново чувствовать. Может, только немного вспомнить. А нет, так и не надо.

Она даже ничего себе не купила в этот день -- ни футболку с изображением ясеня Иггдрасиль, ни другую футболку, наполовину шелковую. Ни даже, байковую пижаму, коричневую, в голубой горошек, зашкаливающе-уютную. Пижаму не купила по смехотворной причине -- коротка. Ей все всегда коротко -- штанины, рукава и никогда ее это не останавливало, а сегодня вот стало аргументом против. Дело конечно не в длине, а в том, что мысль натянуть на себя уютную пижамку и свернуться под одеялом в тихой комнате, не казалась теперь сколько-нибудь заманчивой. Она в последнее время предпочитала спать без одежды -- лето и вообще.

суббота, 13 июля 2013 г.

я старик честный, старик прямой..

Позвольте вам сказать прямо, грубо, по стариковски -- вы великий человек!


Клоуны, ура, ура!