вторник, 4 июня 2013 г.

нарушаем

-- А между прочим, на улице дождь идет -- раздался сварливый голос от лифта. Я, нервно роясь в сумке в поисках зажигалки (очень хотелось нарушить и закурить в парадном), ответила тем не менее благостно -- Дождь, это хорошо, мы дождь любим. -- Хорошо-то хорошо -- продолжила моя невидимая спасительница -- но без зонта плохо!
--У меня есть зонт -- отвечаю и роюсь, роюсь -- и плащ есть. У меня зажигалки нет. Зонт действительно есть -- маленький, шестидесятых годов чорный, выцветший, с резной деревянной ручкой. Как раз для хрупкой, как высохшая стрекоза, старушки, каковой я не являюсь. Я человек высокий, у меня плечи под этим зонтом не помещаются, что, впрочем, меня не беспокоит совершенно. Да и дождь-то теплый, летний и не сильный. Приятный. Но сначала пришлось вернуться за зажигалкой, нарушить, как и планировала и выйти наконец на улицу, где вода и пух витали в воздухе. Аптека, где я хотела купить маску для лица оказалась закрыта без всяких объяснений. Не расстроилась, поскольку была готова -- с утра сегодня все по мелочи не так, провода запутываются особо затейливо, в разгар зарядки, позвонил папа, с тем, чтобы спросить -- не знаю ли я, что у него с вай-фаем? Нет, мастер уже идет, но мало ли я, в Москве, на полу, знаю как его починить? Ну и всякое такое. 

Вот кстати, про курение. Раньше я просто курила, а теперь нарушаю, что гораздо приятней. Недавно с Сонечкой нарушали на детской площадке, потом на другую лавочку еще нарушители подтянулись, даже и с пивом еще, ну и третью тоже скоро заняли. Я считаю, что меня читают вменяемые люди и поэтому не хочу, но все таки скажу -- никаких детей там не было, разбежались вечер, все дела. А скажу потому, что мало ли -- забежит какой-нибудь, с пеной на губах, обличитель. Чтоб заранее отъебался. В общем с этим законом, как и с другими -- плюём слюной, продолжаем юзать здравый смысл. Интересно, с чего это я о себе сегодня во множественном числе говорю? О, венценосная.

 Я личность асоциальная, ценности у меня исключительно индивидуальные, нарушать мне ужасно нравится. Через заборы еще люблю лазить, иногда и приличных людей на это подбиваю. Ну вынуждаю скорее, потому что, шли-шли, мелких препятствий уже много преодолели, а тут забор, а за забором что-то манящее. Как не перелезть? Кряхтят, но лезут.

Лето -- ахуительное все же время года, особенно, если не было зимы.

воскресенье, 2 июня 2013 г.

наблюдение

Если я везу с собой зонт -- дождя не будет. Если меня заебет таскать зонт (обычно я предпочитаю тот, который трость) и я его оставлю где-нибудь, сразу начинается ливень. Один зонт -- прозрачный, висит в Симферополе у Риты. В Крыму, кстати, засуха в этом году, если кто не знает. Второй зонт -- в горошек и с рюшечками, из Тайланда, оставила у родителей. Не знаю, как там в Петербурге, но в Москве, где я сижу без зонта -- льет и грохочет по взрослому, как я люблю. Пошла бы гулять, да зонта нет. А был бы зонт -- не было бы дождя.

Зато есть художественный портрет зонта.

SDC14243 (586x700, 185Kb)

суббота, 1 июня 2013 г.

А в Москве-то, в Москве -- тополиный пух и жара. В пять утра, выхожу с вокзала, а она, румяная спросонья, улыбается добродушно -- ну как там, на суровых берегах? Слышала, слышала про Петербург, но ни разу не видела. Надо бы в гости как-нибудь съездить, познакомиться лично. Но это же пока соберешься. А у меня тут воробьи орут, тополя пушатся, москвичи жмурятся на солнце -- как оставишь? Лето, опять же, пришло -- надо как-то встретить, чтоб ему понравилось, чтоб не сбежало. Хлопоты, но приятные, не до визитов пока. Но передавай ему привет в следующий раз от меня.

среда, 29 мая 2013 г.

Никогда не думай, что ты иная, чем могла бы не быть иначе, чем будучи иной в тех случаях, когда иначе нельзя не быть

Петербург город-интроверт и я например тоже человек-интроверт, потому мне многое в нем понятно без объяснений. И, конечно, я не жду от него объятий, неспешных прогулок по теплым ночным улицам и этого московского ощущения, что тебя приняли и теперь всегда будут рады. Именно тебе. Я понимаю, что Петербург ко мне равнодушен, да он и ко всем равнодушен, но иной раз у всякого бывает такое настроение, что можно и приоткрыться, пойти немного навстречу, повернуться лицом. Это не дает никаких гарантий на будущее и совершенно не значит, что ты как-то особенно крут, просто вот совпало, сегодня ночью повезло. И официант подойдет к вам, сидящим, замотавшись в пледы, на диванчиках пришвартованного к Невскому берегу ресторана для того, чтобы сказать, улыбаясь ласково -- Вы так похожи на воробушков. И ты конечно знаешь, что на воробушка похожа не больше, чем на балерину Плисецкую, но все равно становишься вдруг мягкой и доброй на какое-то время. Стараешься не посрамить звания воробушка. И потом все  эти улицы -- почти пустые, по ним можно идти и рассматривать их объекты посторонними глазами, а белые ночи еще и не начались, но всё равно светло. Светло и все не так. Еще конечно зависит от от того -- одна ты, или с кем-то. Если бы я была одна, наверное довела бы себя до привычного изнеможения, наматывая круги и спирали по Петроградской стороне, не имея возможности остановиться и это было бы конечно очень хорошо. Но хорошо бывает разное и возможность разделить что-то с тем, кто способен понять -- очень ценная вещь. И поэтому вы бредете не торопясь, вертите головами, разглядываете детали, ты куришь то гашиш, то сигару, с сигарами хорошо гулять кстати, о чем-то разговариваете таком. Не актуальном. И долго потом сидите на маленьком деревянном причале, смотрите на реку, дворцы на том берегу, разведенные мосты, силуэты барж, неторопливо и загадочно совершающих свои специальные водные маневры. И если долго всматриваться в город, то он вдруг тоже начинает всматриваться в тебя, как та бездна, впрочем, ему достаточно на это пары минут -- ну что, сидишь, куришь, смотришь? Сиди, кури, а я вот так вот и буду. Ты исчезнешь потом, ничего не останется, а все это останется -- река, дворцы, разведенные мосты, силуэты барж. А потом и это исчезнет, но не скоро еще.

И в голове крутится это дурацкое -- всё-всё-всё понимаю, не переставаю, но всё равно ужасно.. А потом ты вспоминаешь, что сегодня похожа на воробушка, и надо соответствовать, и можно немножко побыть сентиментальной, хотя вообще-то тебе это совсем не нравится. Но иногда простительно, без фанатизма если.

воробушек (400x350, 70Kb)

пятница, 10 мая 2013 г.

свет

Счастье в последнее время связано с вхождением в свет. Ничего мистического, всё буквально. Из недавнего -- в Тайланде например, загорали с Василием, а потом ему надо было ехать по делам каким-то и я попросила его добросить меня до магазина. Вещи оставила на пляже, натянула штаны и майку и пошла босиком по твердому песку. Белый песок хорошо отражает свет, море, понятное дело, бликует и сверкает, солнце сияет и в какой-то момент я натурально вошла в этот свет, ну преломилось что-то супер удачно, так, что, кроме сияния ничего и не стало вокруг. Я вошла в это сияние -- и ничего почти не видно, только белый свет, и меня почти не видно, (скромно полагаю, что и я временно стала светом). И хорошо, что уже хватает ума понять, что я счастлива -- именно в тот момент, когда я счастлива, а не задним числом. И вот я шла босиком в этом свете и была светом, абсолютно счастливым и безмятежным светом. И какое-то время после, пока ехала на удобном мопеде Василия, выставив босые ноги вперед, как часто делают тайцы, я тоже была еще счастлива, но это было уже немного остаточное явление.

Вчера вот тоже -- шла по пустой майской Басманной и на мостике возле церкви окунулась в сияние -- солнце, купола, колокола зазвонили, в плеере что-то удачно дополняло. Я перестала быть собой и стала сиянием, бликами и звоном.

И есть не то ощущение, не то предчувствие (возможно ошибочное), что когда-нибудь, все вот так же удачно совпадет, я войду в этот сияние, растворюсь, стану сиянием и больше уже не выйду. И это будет не просто хорошо -- а великолепно. Очень радует.

суббота, 27 апреля 2013 г.

и еще раз

Ночь на галактической железной дороге

Поезд будет ехать и ехать, за окнами -- то космос, то яркий день, не по расписанию, а как-то так, хаотично. Попутчики будут возникать ниоткуда и исчезать внезапно, ты проедешь и рай и ад, и место, где белые птицы превращаются в печенье, тебе захочется сделать эту поездку бесконечной, наверное потому, что эта странная размеренность способно заворожить любого. И тебя -- синего, задумчивого, не слишком счастливого котика, вышедшего за молоком для мамы и уехавшего на край вселенной.


*Не просто понравился, а немедленно стал любимым.