понедельник, 9 мая 2011 г.

праздник

Проснувшись, услышала песню про журавлей. Вчера как раз думала -- неужто это девятое мая обойдется без озвучки? Телевизора у меня нет, радио тоже, вполне может получиться так, что тихо пересижу. Но нет конечно, нет, поселок празднует, песни разносятся над долиной и неплохие песни. Равнодушные горы и безразличное небо молча внимают. Петухи орут и время от времени резко вскрикивает какая-то неопознанная птица больше похожая на ночную. И грохочет через динамики "День победы". Конечно, для меня это еще праздник, или не праздник, но день особенный, когда все вокруг напоминает. Родители накрывали стол,слушали концерт -- Гурченко, Клавдия Шульженко, Кобзон, Лещенко, Марк Бернес, смотрели по телевизору парад , кажется (возможно действительно только кажется) , в то время парад еще был парадом, а не показухой с потрясанием мышцами и злобным желанием всем что-то доказать и показать. Продемонстрировать, так сказать, мощь. Сила ведь она такая штука -- в демонстрациях не нуждается, или есть она, или нет. Сейчас нет, жалкое бессилие видится мне в том, что Москву, для подготовки к параду тромбируют пробками, вынуждая граждан бессильно материться и ненавидеть все и вся, а ветераны по прежнему, кто еще в силах, вынуждены добираться до своих грустных сходок на метро и общественном транспорте. Глупы свежие лица мальчиков и девочек со связками георгиевскими ленточек, это нормальная такая глупость людей, не имеющих еще своих воспоминаний и потому, с готовностью пользующихся чужими. Чужими словами про память. Мы помним, говорят они, мы будем помнить. А что помнят, что собираются помнить и сами не знают. Я например, помню детство -- праздничный стол, гостей, обязательный поход с Сосновку, ветеранов, казавшихся мне тогда немыслимо старыми, но, на самом деле, еще вполне крепкими. Цветы, слезы, смех, объятия, песни, фильмы. Это немного, но это живое. А что будут помнить они -- путинские парады и лживые речи?

Сейчас остаются только наворачивающиеся слезы, дурацкие и опять же бессмысленные, я не могу помочь ,а они, может, и не думают даже, что отвезти их на праздник в автомобилях, было бы куда дешевле и правильней, чем громыхать по городу танками и бомбардировщиками. Да и праздник этот -- там все расписано -- по три бутерброда с колбасой, по три стопки водки, и концерт самодеятельности. Тетя Ляля рассказывала, что один такой концерт им устроили на самом солнцепеке и как-то не позаботились, чтобы старикам было где присесть. Не учли, да, а что им -- они молоды, сильны, здоровы и девственно глупы. Они могут думать только о себе -- как они выступят и как все устроят, как поставят галочку о проведенном мероприятии. Думать о живых еще, но старых и немощных людях -- не получается. Это блядская страна, сволочная, показушная,бесчеловечная, презирающая своих граждан, не желающая ни учиться на своих ошибках, ни помнить, ни уважать. Она желает только демонстраций и она демонстрирует. Демонстрирует свою слабость.

Так вот, про это -- будем помнить. Мне кажется, что когда жизнь уходит и остается лишь оболочка, когда гордость за людей сменяется гордостью за наличие большого количества единиц бронетехники, когда сердечные порывы сменяются муштрой и неосмысленными ритуалами, когда праздник перестает быть праздником и становится датой и обязаловкой -- лучше дать забыть. Пройдет еще совсем немного времени, умрут ветераны, умрут их дети, умрем мы, дети этих детей и памяти будет нечем кормиться. И, чем цепляться за пошлую яркую обертку, по дешевке, на скорую руку сооруженную из георгиевских ленточек, ходульных фильмов и ханжеских речей -- лучше и честнее просто забыть, как забыто огромное количество войн, горестей и бед. По крайней мере честно. Люди всегда про все забывают, ну так что ж? Таково их устройство. Нет конечно, даты всякие можно запомнить, на то есть учебники и школы (впрочем, кажется, образование в России отменили?), но чувства истираются со временем, потому, возможно, что чувства -- живые, а жизнь конечна. И нет возможности сделать их бессмертными, можно только превратить в зомби, ходячие трупы, а это противно и страшно.

четверг, 5 мая 2011 г.

Посетили сегодня со сколопендрией стоматолога. Подвергать зверюшку такому стрессу не планировалось, я всего-навсего хотела выпустить ее из банки в каком-нибудь безлюдном месте. Но в поселке такого не оказалось, а как только мы подошли к автостанции, сразу же подошел автобус и нам пришлось ехать вдвоем. Сколопендра, впрочем, ехала зайцем. Автобус оказался набит пассажирами, в жаркой духоте особенно выделялись запахи дамских причосок и, вступившего в реакцию с нарядными синтетическими одеждами человеческого тела, щедро сбрызнутого ядреным дезодорантом. Кислорода же не было вообще. Первым делом я открыла люк в потолке и немедленно выпятила нижнюю челюсть. Для убедительности. Потому что открывать люки в крымских автобусах дело гибельное -- всегда найдется кто-то, кому дует. Даже и в сорока пяти градусную жару. Выпятила я значит челюсть, пощупала в сумке баночку со сколопендрой и собралась стоять насмерть. Все, как ни странно, молчали, возможно чуяли сколопендру, как чувствуют люди наличие пистолета у оппонента. До Насыпного доехали с ветерком, а там меня переместили в середину автобуса и, пользуясь этим обстоятельством, мой люк кто-то шустро закрыл. Я же немедленно открыла следующий, под которым теперь стояла. Начала было шевелить челюстью, но тетка, сидевшая у окошка, успела раньше.

--Закройте немедленно. Зачем вы вообще его открыли?
--А дышать чем прикажете? -- ласково поинтересовалась я
--Хотите дышать, идите на улицу и дышите.
--Хотите согреться, идите в начало автобуса, там жарко и воняет, как вам нравится.
--Почему я должна из-за вас страдать? -- привела тетка последний неопровержимый аргумент.
--Судьба такая -- сочувственно ответила я -- капюшон наденьте... А вообще-то -- добавила я мечтательно -- я люблю, когда из-за меня страдают.

Тетка натянула капюшон и уставилась в окно с таким видом, будто ждала оттуда избавления от страданий. Сколопендрия одобрительно посапывала у меня подмышкой. Пассажиры улыбались. Так, в обстановке взаимопонимания, домчались мы до стоматолога. Поскольку я выехала с основательным запасом, у нас было достаточно времени, чтобы неспешно прогуляться по ближайшим сэкондам. Василиса застала меня в одном из них за недоуменным разглядываньем огромной плюшевой гориллы устрашающего вида. Чего, говорит, ты тут стоишь, идем я тебе козырный сэконд покажу. В козырном мы со сколопендрой купили мне всего кружевного. Меня в последнее время, как волка, все тянет нарядиться в овечью шкуру с оборочками и рюшечками. Старость наверное.

У стоматолога сколопендра притихла, оно и понятно -- ядовитая ты тварь, или нет -- зубной врач есть зубной врач -- внушает. Любой притихнет. Павел Иванович оказался мужчиной ласковым, внимательным, но зуб мой вознамерился убить. Все, говорит, пульпит, мышьяк пихаем. Я загрустила -- как-никак это будет мой первый мертвый зуб, но все когда-то происходит впервые, так что чего уж там. Сейчас, когда я это пишу, мой нерв медленно умирает от мышьяка, а восьмого мая придется ехать к дежурному врачу, вынимать яд из зуба. Эх.

В легкой меланхолии сходили мы со сколопендрой еще и на колхозный рынок -- купили пучок зеленого базилика с корнями, чтобы посадить перед домом, а так же литровую банку моих любимых семечек, породы " Пузанок". Пузанок -- это вещь, скажу я вам. Я уже предвкушаю, как из моей ротовой полости уйдет одервенение, вызванное анестезией и можно будет приступить к пузанку. Пока же я варю щавелевый суп. Базилик уже посадила. Хотела еще фиалок купить, но там только петунии какие-то продавались нелепых расцветок.

Если кого интересует судьба моего мимолетного друга -- сколопендры -- спешу сообщить, по приезду в Щебетовку я немедленно отпустила ее вблизи татарского кладбища. Катя сказала -- подальше от людей выпускать (да я и сама понимаю, не дура), а что может быть дальше? Сколопендра, оказавшись на воле, сразу же ввинтилась в какую-то трещину и даже не попрощалась со мной. А я уже почти к ней привыкла. Мне казалось, я ей нравлюсь.

*Сфотографировала я ее и даже сняла кино. Но все плохого качества правда. Доберусь до сносного инета покажу.

**суп вообще офигительный получился. Две мисочки навернула.

среда, 4 мая 2011 г.

новости с полей

Взошел, посеянный неделю назад лён. Пошла спросонья его проведать, а он тут как тут -- кажет мне зеленые раздвоенные язычки. Это очень мило с его стороны вот так вот по простому сделать то, чего от него ждут, не выпендриваясь и без всяких оговорок, или условий. Лен я посадила в декоративных целях -- он красиво цветет голубенькими цветочками и не требует ухода. Ткать и прясть пока не планирую, но кто знает, кто знает. Глянула на инжир -- о радость -- он тоже не стал выебываться и проклюнул листочек. Рядом с инжиром я воткнула палочку и привязала к ней деревце веревочкой, так папаша велел, чтобы, значит, ветром не завалило. О боги, палочка тоже зацвела.
*Прыгает и скачет.

За ночь, в моей кружке, оставшейся на веранде, кто-то трудолюбивый и хозяйственный сплел затейливую паутину. Я, не заметив, налила в кружку чай, сходила на кухню за спичами, вернулась, взяла кужку и выпучила глаза -- мне показалось, что с паутинкой кто-то подсуетился за ту минуту, что я была в кухне. Надо же, думаю, скорости какие, тут нельзя хлопать ушами, задумаешься о чем-нибудь, глядь, а тебя уже замотали в кокон. Потом дошло что к чему.

Поймала первую в этом сезоне сколопендру, теперь она грустит в баночке, а я думаю, что с нейц делать. Вариантов три -- убить, но это вряд ли, за что ее убивать, она у себя дома. И жила, кстати, скромно, под кусочком черепицы, я ее потревожила во время мытья пола на веранде. То есть мне никак не мешала, но продолжать жить с ней под одной крышей я тоже не намерена. Вариант второй -- буддийский -- отнести подальше и выпустить на волю. Самый здравый конечно. Ну и еще я могу ее приручить и пусть у меня будет ручная сколопендра. останавливает то, что, говорят, сколопендры удивительно тупые. Они очень древние и очень глупые. Говорят. Но я точно не знаю, надо в интернете почитать.

Выяснилось, что я, оказывается, очень люблю сельдерей. Не подозревая об этом, я прекрасно жила без него всю жизнь, а теперь вот не смогу -- хорош, мерзавец. Вкусен.

Еще я сегодня побелила потолок на веранде и посадила еще один жёлудь. Не считая всяких мелочей, типа просушки матрасов и мытья полов. Хорошо не ходить на работу все-таки.

понедельник, 2 мая 2011 г.

песталоцци

На набережной сегодня один маленький негодяй лет пяти устроил такую знатную истерику своим родителям, что пря мне знаю даже с чем сравнить его драматические способности. Он задыхался, хватался за горло, закатывал глаза и сипел -- пить, пить, хочу пить. Трясся и икал. Папаша с озабоченным лицом помчался в магазин, а мама осталась при младенце. Говнюк не унимался -- потрясывался, синел, сам себя придушивал, как Отелло Дездемону, чтобы всем было понятно, что он вот-вот умрет от обезвоживанья организма. Мама стояла рядом и явно испытывала неудобство, но пинка засранцу отчего-то не дала. Расположились они рядом со мной и я наблюдала все шоу в мельчайших подробностях. Младенец вызывал двойственное чувство -- нельзя было не подивиться его актерским способностям, но омерзение победило. -- Закрой рот, сказала я ему басом (у меня есть такой специальный фельдфебельский голос для приведения в чувство тех, кто зарвался), закрой рот и молча жди. Здесь еще ни один мальчик не умер от жажды и ты не умрешь. И посмотрела на него уничижительно. Дитя захлопнулось мгновенно и в ужасе уставилось на меня, икая и вздрагивая. Тут и папаша подоспел. Мама посмотрела на меня с благодарностью. Интересно, как же она дальше-то с ним будет? Я бы за такой концерт немедленно макнула бы сыночка в море, чтобы он нахлебался уже воды по самое не могу. Но маме, может, жаль было кровиночку.

воскресенье, 1 мая 2011 г.

мир труд май

В долину спустился туман, свел с ума окрестных собак. Полянка перед домом и ближайший холм еще зеленые, а дальше -- сплошной гризайль -- контуры деревьев и домов в серой дымке. А гор никаких нет вовсе. Пропали горы, будто и не было никогда.

на работу все-таки сходила, только собрала барахло -- тяжеленный, как гроб, этюдник, сумки, глядь -- к дому лихо подъезжает автомобиль. Гости пожаловали, без звонка, по простому. За что и поплатились, повезли меня в Коктебель. Ну не сразу конечно, чаю я им налила и позволила минут двадцать повосхищаться окрестностями. Удобно получилось, я как раз грустила о том, что переть этюдник до автостанции будет тяжело. На набережной встретила сразу всех. Все говорили о выручке, а я им рассказывала смешные истории из серии "горожанин на селе". Они немножко слушали, смеялись, а потом опять, с озабоченным лицом спрашивали -- ну как ты сегодня, много наторговала? Иногда мне кажется, что правило -- не обсуждать чужих зарплат -- золотое. Но чаще всего я об этом не думаю, вспоминаю только в таких вот случаях, когда чужая непосредственность падает прямо на голову. Милая девочка Муся, продающая рядом со мной всякие блестящие колечки, так и вовсе подсчитала все, что я продала и выдала мне мой же результат. Хорошая такая девочка была, а теперь, в двадцать семь лет, превратилась вдруг во встревоженную курицу. Сидит с несчастным лицом, переживает, что продажи плохие. Хотела ей сказать, что с таким выражением лица продажи всегда будут плохими и жизнь дерьмовой, но не стала. Чего лезть к человеку, может, сама разберется.

Поедая спагетти с мидиями, отломала себе кусок зуба. Теперь острый краешек больно царапает язык. Особенно разговаривать мучительно. Может, это знак, что хорош, мол, пиздеть? Но мне ж по работе надо. Непонятно. После праздников поеду в большой город Феодосию чинить, а то очень неудобно, язык болит и во время разговора мне кажется, что я пришепетываю.

*хе-хе. смотрю, читатель убыл. было аж 17, стало всего 16. Наверное урбанист какой-нибудь, не уважает нас, почвенников.
Мой калечный интернет прописал мне аскезу в отношении социальных сетей. В фейсбуке почему-то разлогинил, а пароля я, ясное дело, не помню и восстановить его с таким уровнем связи практически нереально. С вконтактом же и вовсе удивительная история -- при попытке зайти туда, модем отключается и начинает жалобно моргать оранжевым огонечком. В принципе мне пофиг, я никогда не любила эти ресурсы, но тем не менее непонятно. То ли это знак -- мол, охолонись, голубка, слушай песню валенкипение птиц и не выпендривайся, то ли надо настоять на своем и победить систему. Задумалась.

такоэ

Неустойчивые погоды дарят разнообразнейшие ощущения. Позавчера целый день шел дождь, монотонный, ритмичный и теплый. Небо свалилось почти на голову -- закутало собой горы и клубилось в районе обширных талий окрестных холмов и в кронах цветущих деревьев. Люди попрятались и только коты время от времени пробегали по лужам по каким-то своим неотложным бандитским делам, вид имели крайне недовольный, взъерошенный. Но я не о том. Иду в дождевике, резиновых сапогах и под зонтиком из магазина. Думаю, что вот надо же, какая погода приятная, тепло так, дождь, все растет прямо на глазах, трава уже как в июне. И тут вдыхаю печной дым, кто-то топит. Дым -- зимний запах и мозг тут же начал судорожно метаться в поисках подтверждения этого своего знания. И очень быстро нашел -- земля, усыпанная белыми лепестками цветов была им интерпретирована, как заснеженная. Дым, снег, зима, все в порядке подумал мозг и затих, успокоенный. Я и сама чуть ему не поверила, таким образом стереотипы чуть было не победили здравый смысл.

Вальпургиеву ночь я позорно проспала, по поводу свадьбы принцев и принцесс мне сказать абсолютно нечего, кроме того, что я никогда не встречала невесты, выглядящей более убедительно, чем цветущая алыча. Вот насколько бессмысленна сама алыча -- никто ее не ест (знаю, знаю про компот и еще какой-то грузинский соус из нее приготовляемый, но это все фигня), на столько же прекрасна она, вся плотно усыпанная белейшими цветами. А вообще-то свадьбы меня не умиляют и не умиляли никогда. Первомай собиралась отметить выходом на работу, но сегодня что-то так холодно, прямо и не знаю стоит ли. Хотя, с другой стороны, в такую погоду все покупают обычно -- делать то больше приезжему человеку нечего -- только выпивать и по набережной шляться. А там я с полной коробочкой -- есть и бархат, и парча, ну как устоять? Но холодно, блин, не в пуховике же идти. На самом деле просто не хочется ни набережной, ни людей видеть и я ищу отмазки. Даже интересно, что победит.

О, вот и солнышко вылезло. Блин, как в том анекдоте -- прекрасная солнечная погода, великолепное поле, замечательный денек, словно все, все вокруг против нашей сборной по футболу.